Книга Ураганные войны, страница 202 – Теа (Тея) Гуанзон

— Давайте дождемся, когда Первая немного затемнится.

Следующие несколько минут прошли в тишине, и все в атриуме смотрели на полную луну. А затем по ее сверкающей белой поверхности медленно разлилась волна чернильной тьмы, понемногу растворяя небесное тело в окружающем ночном небе. Проглоченный прожорливым львом бога солнца или драконом Бакуном, оплакивающим свою утраченную любовь.

Возможно, на поверку все оказывается одинаковым. Истории со всего мира, которые можно рассказывать у костра или на ночь детям. Возможно, существует больше одной истины, если речь идет о народных сказках, сплотивших страну. Возможно, великий лев все еще рычал на Аларика, хотя тот находился в стране, далекой от его богов.

— Давайте, – дала сигнал Ишан Вайкар.

Таласин и Аларик одновременно вытянули перед собой руки и сорвали завесу эфирного пространства. Девушка была его сияющим зеркалом, щитом света, разливающимся из кончиков пальцев, в то время как его теневое творение искрилось и шипело в ответ. Их глаза встретились, они объединили магию, и под затмением Первой раскинулся опустившийся на них черно-золотой купол.

Ишан и другие заклинатели также двигались в такт, их руки качались, словно волны, образуя таинственные узоры. Внезапно ядра крови саримана и магии дождя в стеклянных банках вспыхнули, ярко, будто крошечные солнца, их сосуды заполнило свечение, которое выплеснулось наружу, пробежав по проводам.

Аларик не успел и моргнуть, как купол, который они с Таласин создали, расширился, охватив весь атриум.

Все стало эфиром. Все стало светом и тенью, дождем и кровью. Магия Аларика высоким криком пронзала воздух, ее несли невесомые, украшенные драгоценными камнями крылья такой силы, о существовании которой он прежде не смел и думать. Силы, увеличенной стократ.

Это было сигналом, которого по приказу ждала дворцовая стража на окружающих защитных стенах и балконах. Они прицелились из мушкетов и выпустили вниз, в атриум, целый град аметистовых стрел. Ни один выстрел не достиг цели. Каждый болт врезался в барьер и исчез.

Так вот каково это – когда страна не проводит десятилетие в состоянии войны. Когда заклинатели не сосредоточены на обслуживании штормовиков. Когда металлурги и стеклодувы не заняты созданием и ремонтом фрегатов, кораклов и оружия.

Вот чего можно достичь.

Вот что Континент потерял, когда его государства-нации стали рвать друг друга на части.

— Я знаю, – пробормотала Таласин.

Аларик не мог точно определить момент, когда повернулся и посмотрел на нее, когда они встретились взглядами. Ее карие глаза горели магией, удивлением, сожалением.

— Я ничего не говорил, – возразил он.

— Тебе и не нужно было, – ответила ему девушка под черно-золотыми сетками, под этим пестрым затмением. – У тебя на лице все написано.

…….✲……..

«Я могла бы убить его, – подумала она. – Здесь и сейчас».

Никто не смог бы проникнуть под купол. Никто не смог бы остановить ее.

Если ей удастся застать его врасплох, если она будет двигаться достаточно быстро, чтобы вонзить легкий световой кинжал ему между ребер, она сможет отомстить за Каэду и всех остальных.

Но ей еще предстояло пережить Ночь Пожирателя миров.

Игра будет долгой.

И все же не только это остановило ее готовую к удару руку.

Таласин сократила их пребывание на Белиане, чтобы ситуация не усложнилась слишком сильно. Теперь, глядя в серебряные глаза Аларика, глядя на его обласканное нежным светом луны лицо, отражающее сияние расплавленной темноты и золота, кружащихся вокруг них, она боялась, что уже слишком поздно.