Книга Сезон штормов, страница 18 – Теа (Тея) Гуанзон

Черный и красный. Церемониальные боевые цвета Аларика. Она не была уверена, стал ли выбор цвета простым совпадением или Урдуя с портнихой намеренно сделали такую хитрую подколку. Интересно было, что думает об этом Аларик, но прочесть что-либо на его непроницаемом, словно высеченном из гранита лице, пока они стояли рядом, потягивая вино из личи и принимая короткие поздравления и неискренние аплодисменты гостей, не представлялось возможным.

Собрание оказалось не таким уж многолюдным, как можно было ожидать от столь знаменательной церемонии. Присутствовали лишь несколько командоров и генералов, а областных правителей и того меньше, что подтверждало теорию Урдуи о том, что Аларик хотел ограничить общение между своими людьми и ненаварцами.

— Твой отец не счел нужным почтить нас своим присутствием? – спросила Таласин Аларика, после того как отошел последний поздравитель.

Не то чтобы ее особенно волновало, что именно решил Гахерис, но сам факт его отсутствия на коронации снохи был весьма подозрителен. И, если уж совсем честно, Таласин не могла не признать, что ей не терпится увидеть наконец этого человека, посмотреть, каков он во плоти, этот теневой призрак, кошмар всех детей Сардовии, разрушитель, что годами терзал ее страну.

— Он удалился от общества, – ответил Аларик. – А твоя бабушка, напротив, похоже, вполне довольна.

Таласин проследила за его взглядом, увидела Захию-лахис в окружении областных правителей, но ничего не сказала.

— Они устанавливают дипломатические отношения, – объяснил Аларик, – чтобы поспособствовать прибыльному потоку торговли.

— Хочешь сказать, что каждый из них подлизывается к ней в надежде, что она отдаст предпочтение импорту продукции из его региона?

— Не только. Каждый район борется также за весьма желанный первый прямой торговый путь в Ненавар.

— И получит его, конечно, столица?

— Возможно, и нет. – Аларик с некоторым смущением почесал подбородок. – Я над этим работаю. Для обеспечения стабильной национальной экономики требуется отклонить фокус от центра, чтобы не оставлять в стороне регионы. Я считаю, что это одна из проблем Сардовийского Союза: большинство торговых сделок приносили выгоду только Центральным землям, в то время как другие области чахли.

Таласин молчала, потрясенная. Найти работу в Тукановой Голове или где-нибудь в Великой Степи было нелегко. Большинство людей с умелыми руками и маломальским образованием шли на юг, навеки оставляя позади унылые луговые угодья.

— Теперь все будет иначе, – поклялся Аларик, похоже, безошибочно расшифровав выражение ее лица. – Я… мы изменим все к лучшему. Ты моя императрица и будешь править вместе со мной.

Шанс что-то изменить. Распределить богатства, чтобы ни одному ребенку не пришлось расти так, как она, чтобы никто не страдал, как страдала она. Аларик протягивал ей это будущее – осторожно, на пробу. Шум зала уплыл куда-то, как будто оставив их вдвоем на пороге… чего-то. Чего-то, напоминающего обещание и далекий горизонт.

Но все рухнуло, едва она подумала о цене. Будущее, которое представлял себе Аларик – Континент, полностью контролируемый Кесатхом, – было возможно лишь благодаря войне, проигранной ею и ее товарищами. Войне, в которой столько из них погибло.

А теперь он что-то скрывает, что-то потенциально угрожающее Ненавару и грядущей атаке сардовийцев, которую, в свою очередь, скрывает она.