Книга Сезон штормов, страница 132 – Теа (Тея) Гуанзон

— Ты ошпарилась?

— Вовсе нет, мы только-только растопили плиту.

Ее заверения звучали несколько резковато, как всегда, когда он проявлял заботу. Словно она никак не могла понять, какая ему от этого польза. Сдержав вздох, Аларик осторожно протер ее переносицу, потом кожу вокруг глаз. Ресницы Таласин дрогнули, веки приоткрылись, явив знакомые карие глаза на все еще измазанном розовой слизью лице. Смехотворная, несомненно, картина, и все же…

— Эм-м-м. – Таласин прикусила губу. – С возвращением. Привет.

Этот миг прошел сквозь время золотой нитью. Аларик посмотрел сверху вниз на свою жену, и все напряжение последнего месяца, все его страхи перед сегодняшней ночью растаяли без следа.

— Привет.

Та Таласин, какой она была почти год назад, истерзанная войной сирота, никогда бы не позволила Аларику передвигаться по комнате, когда глаза ее закрыты, а она не занимается эфиромантией. И ирония ситуации не укрылась от нее. Оправившись от смущения – ей и вправду следовало предоставить готовку поварам, – Таласин украдкой наблюдала за мужем, заново привыкая к его сдержанным движениям и резким чертам. И пыталась определить, изменилось ли в нем что-нибудь с тех пор, как они виделись в последний раз.

Перед полуднем, когда в небесах яростно жарило солнце и гранитный замок вдалеке сверкал серебром, почти как глаза Аларика, они немного потренировались на пляже. Казалось, он совсем не устал после долгого путешествия из Кесатха, был таким же ловким и сильным, как прежде, и ни капельки не поддавался, когда они по очереди защищались и атаковали. Однако Таласин заметила, что зубы он стискивает крепче обычного, и призадумалась, возможно ли держаться на одной лишь решимости? А может, то была злость?

Наконец они развеяли последнее оружие и рухнули, растянувшись на песке бок о бок. Таласин смотрела в пылающие небеса, слушала грохот прибоя. Она запыхалась, но не вымоталась, как бывало до постоянных визитов к Просвету. Солнечные лучи, казалось, проникали сквозь тело, словно обнимая ее.

Здесь, в Ненаваре, она сильно изменилась. И магия изменилась тоже.

И кстати о необычном: Севраиму давно уже следовало выскочить с каким-нибудь непочтительным замечанием. Слишком много часов прошло с прибытия кесатхского корабля.

— Вы не привезли свою лучшую половину, ваше величество? – поинтересовалась Таласин.

Аларик, раскрасневшийся, пыхтящий, как морская тварь, изнемогающая на тропической жаре, все же нашел силы, чтобы повернуть голову и сердито зыркнуть на нее.

— Лучшую? – напряженно повторил он, прижимаясь багровой щекой, как к подушке, к мягкому белому песку.

Таласин ухмыльнулась. Он моргнул, словно застигнутый врасплох, потом раздраженно насупился. Вот к этой перемене она вполне могла привыкнуть – получать удовольствие, дразня его.

— Легионеры мне здесь не нужны, – сказал Аларик. – Севраим летит на север вместе с остальными, хотя мой отец и несколько офицеров были против.

— Наверное, они хотели, чтобы кто-то защищал тебя, – предположила Таласин. – Просто на случай, если я убью своего дражайшего супруга, после того как мы спасем мир.

Уголки его губ приподнялись в грустной полуулыбке.

— По правде говоря, мне больше по нраву офицеры, которые не поднимают шумихи.

Ему не нужно было вдаваться в подробности. Таласин узнала от Урдуи достаточно, чтобы понять, о чем речь. Она представила Аларика в холодной обсидиановой крепости, Цитадели, окруженным людьми, которым он не доверяет. Взгляд ее скользнул вниз, на его руку, лежащую в каких-то дюймах от нее, и Таласин жутко захотелось дотронуться.