Книга Чары в стекле, страница 124 – Мэри Робинетт Коваль

Уже у самой фермы Джейн наткнулась на одинокую тень – ее отбрасывало на тропинку росшее рядом дерево, – и остановилась у самого края, задумчиво покусывая губу. Эта тень непременно выдаст ее, когда она будет возвращаться, но прямо сейчас оставалось лишь надеяться, что в этот уголок фермерского сада никто не смотрит. И, повыше подняв Sphère над головой, чтобы та как можно дольше оставалась на свету, Джейн пересекла тень двумя торопливыми, широкими шагами.

К тому времени стук крови у нее в ушах стал таким громким, что напоминал пушечные выстрелы.

Добравшись до ворот, Джейн остановилась – внутри все выглядело так же, как и в прошлый раз. Винсент по-прежнему лежал, привязанный за руки к садовому трельяжу. Судя по всему, французы боялись, что он попытается незаметно улизнуть, так что предпочитали постоянно держать его на виду. Возле трельяжа все так же расхаживал одинокий караульный, а остальные солдаты, рассеявшись по всей ферме, отдыхали и играли в кости.

Собравшись с духом, Джейн дождалась, когда караульный повернется спиной, отперла щеколду и открыла дверь. И, торопливо проскользнув в проем, оказалась на внутреннем дворе фермы.

Отправиться к трельяжу напрямик она не могла – требовалось огибать тени зданий и деревьев, растущих по всему участку. Так что пришлось петлять так, что Джейн невольно вспомнила садовый лабиринт в родном имении. Она то кралась, то останавливалась, пропуская солдат, попадавшихся навстречу, и в конечном итоге смогла благополучно дойти до трельяжа, но подходить спереди в открытую не стала. Вместо этого она подобралась с тыльной стороны и опустилась возле решетки на колени – так, чтобы на нее падало солнце. Оказавшись совсем рядом с мужем, Джейн смогла разглядеть его как следует – и едва не охнула: он валялся, тяжело опершись головой на один из столбов трельяжа, сквозь прорехи в одежде виднелись синяки. Кожа под правым глазом была рассечена, и над коркой запекшейся крови жужжала муха, а взопревшие волосы прилипли к голове. Джейн-то думала, что перестаралась, нанося раны на манекен, но он не шел ни в какое сравнение с теми кошмарами, что сотворили французы с ее настоящим мужем.

Эмоции, которые Джейн всю прошедшую неделю силилась держать в узде, сейчас грозили вырваться наружу. Но, хотя Джейн нестерпимо хотелось дать Винсенту понять, что она здесь, рядом, она не могла допустить, чтобы кто-то из французов услышал ее голос. И подбираться еще ближе было опасно – Винсент мог попасть в поле воздействия Sphèreслишком рано. Так что она стащила с плеча сумку и опустила ее на землю так тихо, как только могла. Затем положила рядом Sphère,чтобы та продолжала оставаться на солнце, внимательно следя, чтобы не закрыть стеклянный шарик собственной тенью.

Устроившись вплотную к стенке, она могла не бояться, что мимо нее пройдет какой-нибудь солдат. Так что Джейн вытащила кожаный футляр с еще одной заказанной вещицей – тоненькой стеклянной палочкой. Палочка имела шероховатую поверхность, чтобы избежать лишнего блеска, и один из ее концов изгибался под широким углом.

Джейн пропустила палочку между прутьев так, чтобы достать кончиком до голой земли внутри трельяжа в том месте, где, как она надеялась, Винсент сможет увидеть. Правда, глядя на то, как заплыл от удара глаз мужа, Джейн не была уверена, что он сможет открыть его.