Книга Развод. Новый год. Здравствуй, новая жизнь!, страница 43 – Ксюша Иванова

Замолкает, с виноватым видом крутя в руках стаканчик с кофе.

-Я не хотел с ней встречаться! Ну, она баба какая - красавица, умница! Актриса! А я кто? Маргинал? Синярик? Ни детей, ни податей. Ну, не в том смысле, что свободен, как ветер. Хотя и это тоже. А в том, что никому не нужен...

Вообще, конечно, мне проще представить себе пару Льва и Изабеллы, чем её же и Семена.

Почему-то мне кажется, что такие, как она, должны бы искать себе мужчину богатого и влиятельного, из тех самых высокопоставленных депутатов или могуществееных олигархов.

У неё для этого всё есть - внешность, умение скрывать возраст, немного высокомерное поведение, соответствующая работа.

А она вот...

-Но она ж влюбилась в меня, идиота. И все. Хоть и режь её! Ну, и я однажды не устоял.

-Так а как так получилось, что она считала тебя погибшим?

-Да как? Я когда понял, что она по серьëзке за меня замуж собирается, решил, что пора ноги уносить. Ибо второй раз этот хомут на шею надевать был не намерен. Собрал шмотье и уехал в бабкин дом в деревню.

-Получается, гибель твоя - это была инсценировка? - догадываюсь я.

-А то! У меня друган один есть, он в военкомате служит. Мы встретились с ним, посидели, выпили-закусили. И мне пришло в голову, чтобы он позвонил Вере и сказал, что мол так и так, Левицкий Семён Антоныч геройски погиб выполняя долг перед Родиной, отправившись служить по контракту.

Я даже не спрашиваю о том, не жаль ли ему было бедной Изабеллы! Ну, смысл спрашивать, если человек вон - свято уверен в собственной правоте!

Но мне самой жаль её. Наверное, она очень страдала, думая, что потеряла любимого человека!

-Так, а... Ну, а вот ты не предполагал, что однажды вы встретитесь нечаянно на улице?

-Да я сюда, в город, и не собирался возвращаться. Но тут Новый год же! А я когда в театре шабашил, мне один актёр на праздники новогодние хорошую непыльную халтуру подогнал. Два дня Дедом Морозом покалымил - и бабла прилично накосил. Все было рассчитано, как отцовский подзатыльник. Туда-обратно, нигде мордой не светить. Но видно, судьбу на хромой козе не объедешь...

Даааа, дела.

-Слышь, Сенька, - подает со своего места голос Лев. - когда это все у тебя произошло, а? Ну, когда ты решил начинать новую жизнь в деревне? И погибнуть на фронте?

-Да когда.... - Левицкий задумывается, чеша затылок. - Месяцев девять назад...

Как говорилось в одном хорошем советском фильме: "Меня терзают смутные сомнения".

Так вот, меня они терзают тоже. И с каждой минутой терзают всё сильнее.

Из того, что вещает Левицкий, уединившись с Нео за кофейным автоматом и явно думая, что я их не слышу, вырисовывается преинтересная картинка.

Семëн был с Изабеллой 9 месяцев назад, так?

А она при нашей встрече тогда сказала, что они расстались давно, то есть как бы на данный момент уже точно больше года бы прошло с момента их расставания.

И я, расстроившийся из-за смерти друга, подталкиваемый хитрой Изабеллой, по старой русской традиции напился и уснул у неё в гостях.

Что было потом, я не помню. Спустя месяцы память так и не вернулась. Хотя я и надеялся на это.

Но Изабелла утверждала, что у нас был не только совместный сон в одном помещении. Но и совместный секс.

А потом случилась беременность.

И я оказался её причиной. Или, точнее, главным подозреваемым. Ну, в общем, будущим отцом.