Книга Измена - дело семейное, страница 12 – Аника Зарян

— Паша, прошу тебя, остановись! Давай поговорим наедине! Я всё объясню!

Ее голос, полный слез и отчаяния, действует на Павла как красная тряпка на быка.

— Боишься за него? Шлюха! За любовника своего впрягаешься?!

Он на мгновение отпускает Олега и снова с такой силой отталкивает жену в сторону, что она отлетает к дивану, но умудряется удержаться на ногах.

— Матерь Божья, да что ж это такое! – плачет свекровь. – Лёша! Сделай что-нибудь! Паша, у него же сердце!

Этот толчок и причитание матери как будто становятся последней каплей. Олег вспыхивает, становится в позу, сжимает кулаки.

Павел это сразу замечает. Буквально на секунду каменеет, а потом его лицо расплывается в уродливой ухмылке.

Могучий кулак Ситова со всей дури летит в лицо Олега. Тот инстинктивно отводит голову, и удар, предназначенный для носа, проходит по касательной, лишь слегка задев скулу - это видно с моего ракурса. Но Олег всё же теряет равновесие и, хватаясь руками за воздух, с грохотом падает на пол, опрокинув со стола открытую бутылку. Та разлетается на осколки. На паркете расплывается темно-красное.

Не кровь – вино.

— Олег!

— Сыночек!

— Любимый! – к упавшему Олегу, не обращая внимания ни на кого, подлетает Марина. Опускается на колени прямо в лужу вина, нежно берет его голову в свои руки и, бережно смахивая слипшиеся пряди волос, целует его в лоб.

Наступает мертвая тишина, в которой слышно тяжелое, хриплое дыхание Павла.

Павел Ситов

Импульсивный и вспыльчивый. Работящий, ответственный. Преданный семье - искренне любил жену и сына, считал брата Олега близким другом и опорой. Несмотря на внешнюю грубоватость и физическую силу, он глубоко переживает крах семьи.

Самое страшное, что нам некуда деться.

Буквально.

Мы заперты в этом чертовом коттедже, как в тюрьме.

Не знаю, сколько часов я тут – потеряла счет времени. Не могу уснуть. В голове сумбур. В горле сухо, в спальне нет воды. А у меня нет ни сил, ни желания выходить отсюда. Поэтому просто сижу на постели в темноте, смотрю в одну точку и не могу до конца осознать, что всего за несколько часов вся моя жизнь перевернулась с ног на голову.

После реакции Марины и её испуганного «любимый!» Паша вмиг осунулся, побледнел и, не произнеся ни слова, вышел из дома. По короткому звуку сигнализации стало понятно – сел в свою машину. Но, в отличие от меня, не стал выезжать со двора. То ли потому, что помнил об аварии на дороге, то ли понимал, что слишком пьян...

Следом за ним ушла и я. Поднялась в свою комнату, не желая дальше наблюдать за идиллией этих голубков.

Господи, это похоже на какой-то страшный сон.

И, судя по всему, не только мой.

Дом словно вымер. Ни шагов, ни голосов.

Как будто все до единого спрятались по углам и пытаются переварить последствия сегодняшнего.
Сколько там стадий надо пройти до принятия?

— Мам, можно войти? – не постучав, Лера тихонько открывает дверь.

— Конечно, милая. – подбираюсь, ладонью провожу по простыне. – Садись.

Дочь включает свет, подходит, опускается на край кровати. Берет мою ладонь в свои руки.

— Хочешь, я побуду с тобой сегодня ночью? – Подается вперед, заключает меня в свои объятья.

Лера так и не вернулась тогда в гостиную – не оставила детей одних. Слава Богу, она не видела драки своими глазами. Но я уверена, всё поняла по крикам.