Книга Запретная близость, страница 20 – Айя Субботина

Я лгу. На удивление легко, без единой заминки, без дребезжания в голосе. Голливуд по мне рыдает.

— Прямо сейчас? Ты на часы вообще когда в последний раз смотрела?

— Дашуль, ну пожалуйста. — Прикусываю до крови нижнюю губу.

— Хорошо, — сдается она. — Через час буду, но завтрак с тебя.

— Ты просто чудо, — произношу на изломе и быстро кладу трубку.

Час. У меня есть час. И у Сергея есть час. Идеально.

Я успеваю подготовить поле боя, квартира сияет. Я убрала все следы своей ночной агонии: вымыла бокал, выбросила пустую бутылку и раз сто почистили зубы, чтобы избавиться от запаха алкоголя, застелила кровать.

В воздухе витает аромат дорогого диффузора. Все идеально, как в операционной, в которой я собираюсь ампутировать свой брак без наркоза — отрезать от себя идеальных десять лет жизни.

Мне нравится, что теперь все здесь выглядит как фотка в журнал о дизайне. Но еще больше нравится холодная, идеальная пустота внутри меня самой. Адреналин выжег все лишние эмоции. Нет ни боли, ни страха, ни жалости. Только ледяная решимость довести дело до конца.

Еще раз прокручиваю в голове сценарий: войдет Дашка, я покажу ей фото. Она начнет лгать и изворачиваться — я буду смотреть и снисходительно улыбаться: «Давай-давай, скачи, выкручивайся, очень любопытно за всем этим наблюдать». А потом приедет Сергей… и ловушка захлопнется.

Звонок в дверь, как будто точно по расписанию.

Даша, моя лучшая подруга, стоит на пороге с улыбкой и двумя стаканчиками свежесваренного латте из нашей любимой кофейни.

— Привет! Ну, показывай свои краски, выбирательница! — щебечет она, входя и ставя кофе на столик.

Она выглядит так… обычно. Так солнечно и беззаботно, что на секунду мою решимость подтачивает червь сомнения. Дашка же моя лучшая подруга. Она была подружкой невесты на нашей с Сергеем свадьбе. Она была рядом, когда я заполучила первого солидного клиента, и осталась, когда я отбивалась в суде от претензий следующего. Мы столько вместе пережили, что внутренняя истеричка орет благим матом: «Прекрати спектакль, Сола, и просто спроси ее в лицо — если она соврет, ты же все поймешь!»

Но я сдерживаюсь.

Они мне уже врут какое-то время, и никакая бабская чуйка у меня не сработала.

Что я сделаю, если дам им фору? Стану одной из тех женщин, которым снова нассут в уши?

— Привет, Даш, — улыбаюсь совсем как обычно, и мой голос звучит ровно, без намека на предательское дребезжание внутри.

Она привычно сбрасывает в прихожей кеды, бросает на скамейку огромную сумку-мешок — мой подарок на ее прошлый День Рождения, уверенно идет в гостиную, осматривается.

— Так где образцы?

— Образцы будут позже. — Жду, пока усядется в кресло, и тоже сажусь — напротив, как судья из старого фильма про фигурки с негритятами. — Хочу, чтобы ты сначала сказала, что думаешь… вот об этом.

Открываю их с Серёжкой фото в галерее своего телефона и кладу его на кофейный столик между нами, экраном вверх. Это — та самая фотография, первая из нескольких тех, которые мне скинул неизвестный, но явно небезразличный к моей судьбе доброжелатель. Возможно, это сделала сама Дашка? Как там по классике? Любовница устала есть «завтраки» про развод и решила ускорить процесс.

Моя лучшая подруга смотрит на экран. Несколько секунд выражение ее лица никак не меняется, а потом улыбка медленно сползает с лица, оставляя тотальное непонимание.