Книга После развода. Шанс вне расписания, страница 34 – Марьяна Карпова

Артём готовил плов по рецепту матери Вероники, полученному под угрозой физической расправы скалкой. По тому самому рецепту, что Вероника отлично знала, не просто так же она выбрала именно его.

С другой стороны, она ему доверяла, не сомневалась в его способностях. Это окрыляло.

На кухне царил непривычный ему творческий хаос: луковая шелуха на столешнице, морковь, нарезанная неровными брусочками, потому что он так и не научился делать это идеально, как на видео из интернета. Мясо уже томилось в казане, распространяя насыщенный аромат.

Артём, в простой футболке и джинсах, смотрел то на это шкворчащее варево с сосредоточенностью стратега, разрабатывающего прорыв на рынке, то на часы. Никак он не успевал к приезду Вероники.

И ведь, кажется, всё правильно по времени рассчитал, но, видимо, где-то что-то не учёл, да и сказывалось то, что сразу взялся за блюдо, которое и профессионал лёгким в приготовлении не назовёт, хотя, казалось бы, что тут сложного.

Дом вокруг него жил своей, ещё робкой, жизнью. В камине, который они выбирали в темноте, потрескивали дрова. На огромном кожаном диване лежал случайно забытый свитер — тот самый, грубый, в котором она приходила на склад камней. Винный погреб ждал своего часа. А на стене в гостиной, над диваном, уже висела та самая текстурная панель — в приглушённом свете ламп золотые прожилки в ней мерцали, как далёкие огни на другом берегу.

Ровно в восемь, как они и договорились, зазвонил домофон. Артём вытер руки о полотенце, сделал глубокий вдох и нажал кнопку, открывая ворота.

Он встретил Веронику в холле. На ней были мягкие шерстяные брюки, простой свитер, в руках — бутылка вина и… пакет с несколькими небольшими горшками с растениями. Не цветами, а маленькими кустиками розмарина, лаванды, мяты и ещё каких-то трав, названия которых Артём не знал.

— Привет! Это для кухни, — сказала она, доставая содержимое пакета, — чтобы были свежие травы и летом, и зимой, в любое время года, А то твой засушенный уже выдохся.

Он взял растения, их пальцы едва коснулись. Артём замешкался, не зная, куда их поставить, хотя место им Вероника уже определила.

— Спасибо. Проходи. Пахнет, наверное, как в столовой.

— Пахнет домом, — поправила она, снимая пальто и оглядываясь. — Давай я тебе помогу. Надо было включить вытяжку, направляясь в сторону кухни, напомнила Вероника.

— Я включил, но не на полную мощность. Думал, достаточно.

— Ничего, сейчас исправим, хотя запахи восхитительные, — улыбнулась Вероника и вдруг замерла, прислушалась.

Дом, который она знала до последнего винтика, был другим. Его наполняли тёплый свет, запахи еды, тихая музыка, льющаяся откуда-то из невидимых колонок. Это было не выставочное пространство. Это был настоящий живой дом. Её творение дышало.

— Ты… включил музыку, — неуверенно произнесла она, узнавая мелодию.

— Да. Кажется, это то, что ты любила.

Артём не сказал, что переслушал все их старые плейлисты, чтобы найти те самые треки.

Они прошли на кухню. Вероника увидела казан, хаос на столе, его сосредоточенное лицо. Уголки её губ дрогнули.

— Ты и, правда, готовишь.

— Пытаюсь. По рецепту Аллы Викторовны. Она сказала, что если испорчу плов — сама приедет и прибьёт скалкой.

— Мама… звонила тебе? — в голосе Вероники прозвучало изумление.