Книга Не верь мне, страница 83 – Ольга Рузанова

— Я думаю, он испугается, – отвечаю весело.

Пашка улыбается, но я чувствую, что ему не смешно, и прекрасно его понимаю. Мне тоже страшно и очень хочется, чтобы наши родители в нас поверили с первой минуты.

— Мы сначала подготовим их?... – повторяю свой вопрос, – Сделаем так, чтобы они сами догадались.

Усмехнувшись, он включает заднюю скорость и, развернувшись, выезжает на дорогу. А я отвлекаюсь на упавшее на телефон сообщение. Оно от мамы.

«Все нормально? Паша приезжал? Вы помирились?»

Мои щеки обдает жаром. Помирились. Два раза.

«Всё хорошо, мам. Паша ночевал у нас. А сейчас мы поехали позавтракать в кафе»

Говорят, чтобы заставить собеседника поверить в твою ложь, нужно говорить полуправду. Мне стыдно пользоваться этим приемом, но шокировать сходу я маму не могу.

— Может, расскажем им в следующий раз, когда они соберутся?

— Кать, а ты чего так паникуешь? – спрашивает Пашка, коснувшись меня косым взглядом.

— Я не паникую.

Паникую. Потому что боюсь увидеть разочарование в глазах родителей до дрожи в коленях. Мне действительно нужно их как–то подготовить.

— Я же вроде не хер с горы...

— Не хер, – поддакиваю, кивая.

— Они не станут ставить ультиматумы.

— Конечно.

Судорожно затянувшись воздухом, растягиваю губы в улыбке. Блин, да что со мной?! Сбылась моя самая заветная, самая сокровенная мечта, а я трясусь как загнанный кролик.

— Котя... – зовет Пашка тихим голосом, – Ты сама–то в нас веришь?...

— Верю! – отвечаю уверенно, – Я да.

— Так какая разница, что скажут остальные?

— Никакой. Даже если родители будут против наших отношений, я ни за что не откажусь от тебя.

— Они не будет против.

Остановившись на светофоре перед перекрестком, он тянется ко мне и прихватывает мои губы своими.

— Не загоняйся.

Наши взгляды встречаются, и я буквально чувствую, как в меня перетекает Пашкина уверенность. С жадностью втягивая ее в себя, я не могу отвести глаз.

— Мы справимся.

— Да...

Загорается зеленый, он возвращается к рулю, но правую руку оставляет на моем колене. Ныряет двумя пальцами в прорезь джинсов и принимается гладить кожу. От места, которого он касается, до промежности бегут горячие струйки. Бедра напрягаются, мышцы самопроизвольно сжимаются.

— Может, ко мне? – предлагает негромко.

— Закажем доставку?... – подхватываю тут же.

— Я знаю, где делают шикарный омлет с сыром...

Тяжело сглотнув, я немного съезжаю по сиденью и облизываю губы. Просекин это замечает. Никак не комментирует, но кадык его заметно дергается.

— Да, давай к тебе.

Тут же перестроившись в правую полосу, он включает поворотник и направляет машину к жилому комплексу, в котором у него квартира.

Сердце сходит с ума, и подкашиваются ноги, когда, держа за руку, Пашка впервые ведет меня к себе в качестве своей девушки. Пустой холл, быстрый взлет на лифте, черная, до боли знакомая дверь, и окутавшая нас тишина его квартиры.

Какое–то время мы молча стоим друг напротив друга, а потом, поднявшись на носочки, я обвиваю руками его шею и прикусываю нижнюю губу. Пашка, тихо застонав, поддевает меня под ягодицы и отрывает от пола, вынуждая обвить его ногами.

Так близко знакомые с рождения, мы открываемся друг другу по–новому. Это не может не ошеломлять.

Я ошеломлена до сотрясения мозга.

Павел

Катя горячая, манящая, как один из моих оживших снов, в котором она точно так, как сейчас, льнула ко мне всем телом, возбужденно дышала открытым ртом и царапала ногтями кожу затылка.