Книга Два шага до проблем, страница 75 – Татьяна Любимая

Протягиваю руку, убираю с лица девушки прядки назад. Она прикрывает глаза, отдается ощущениям. Пушистые реснички трепетно подрагивают, реагируя на каждое мое касание. Дыхание тяжелеет. Веду пальцами по контуру, очерчиваю скулу, касаюсь нижней припухшей губки. Мягкая, сочная. Я помню, как целовал эти губки. А теперь могу и буду делать это чаще.

На мою руку ложится Варина. Пальчики робко поглаживают мои. Ластится девочка.

— Красивая ты у меня, — шепчу ей.

Я хочу, чтобы Варя с Егоркой были моей семьей. Чтобы малой подпрыгивал от радости и руки ко мне тянул, чтобы Варенька улыбалась и прижималась ко мне ласковой кошечкой, а по дому расплывался сумасшедший запах выпечки. И все это реально и уже сбывается, иначе как считать тот факт, что Варя перестала выкать и позволила себя обнять? А объятия-то мои были явно нескромные, с подтекстом на продолжение.

— Идем? — спрашивает одними губами спустя несколько минут.

— Идем, — отвечаю также тихо.

Осторожно, чтобы не разбудить малыша, встаем, строим бортики из одеяла и подушек и тихо выходим, прикрыв за собой дверь. Притягиваю Варю к себе за талию, прижимаю к стене, зарываюсь носом в макушку. М-м-м, какая нежная, мягкая.

— Тезке срочно нужна отдельная кровать, — бормочу, склоняясь к девчонке с намерением впиться в ее сумасводящие губки.

— Нужна, — соглашается и аккуратно отталкивается от моей груди ладошками, отклоняя голову. — Давай я тебя покормлю?

— Варь, ты меня боишься?

— Нет... просто...

Просто я слишком тороплюсь, а девчонке нужно время, чтобы понять, что нет между нами больше никаких игр, все серьезно, по-взрослому.

Утыкается лбом в мое плечо.

— Прости. Все так быстро...

Она так дрожит в моих руках, будто у нее до меня никогда никого не было. И я, черт возьми, балдею от ее трепета еще больше. После Ирины женщины были и много, правда, недолго. С ними чаще всего я был нетерпелив, шел напролом, но с этой... С этой хочется нежиться, целовать, ласкать неспешно, просто любить.

— Я дам тебе время, зеленоглазка моя. До вечера.

Отпускаю девушку.

— Ладно, тогда корми.

Варя бежит на кухню, а я иду в ванную мыть руки. Смотрю на себя в зеркало, изучая. Да, вокруг глаз появились мелкие морщинки-лучики, ресницы потеряли былую черноту, а кончики их выцвели до пепельного цвета. Но в глазах мальчишеский блеск и азарт, в крови бушует тестостерон — впервые за долгое время я чувствую себя живым.

Егор

Ухмыляюсь своему отражению в зеркале, вспоминая совет Летова насчет кольца с бриллиантом. А почему нет? Вот прикину размер пальчика и закажу, а пока цветы. Пусть банальный подарок, но Варе нравились букеты, что я ей в больницу привозил. Действительно нравились. Трогательно, нежно обнимала она перевязанные лентой стебли, окунала личико в благоухающие бутоны, искренне благодарила за подаренную красоту. Каждый раз, глядя на восторг в ее глазах, удивлялся ее неподдельным эмоциям. А потом понял, что раньше этой девочке никто не дарил цветы.

А я буду. Просто, чтобы сделать ей приятно, вызвать улыбку, которая мне так нравится.

Быстро заказываю на дом доставку букета из алых роз, покидаю ванную.

На кухне хозяйничает Варенька, и я тороплюсь к ней, по пути по-домашнему закатывая рукава рубашки. Застываю в проеме, заворожено глядя, как суетится любимая женщина, накрывая на стол. Двигается легко, словно бабочкой порхает. Она идеально вписывается в мою кухню. Длинные волосы, заплетенные в косу, открыли взору доступ на плавный изгиб спины, тонкую шейку фарфорового цвета, которая так и манит зацеловать каждый миллиметр ее кожи.