Книга Два шага до проблем, страница 74 – Татьяна Любимая

— И в самом деле Жучка. Пусть делает хоть тысячу анализов, нам до нее дела больше нет. Извини, что тебе пришлось слушать все это. Я ее уволил сегодня, а она сюда заявилась.

— Как же ты теперь без секретарши? Кто будет охранять твой кабинет?

Мы оба говорим тише, почти шепотом, будто громкие звуки могут нарушить такой важный, переломный для наших отношений, момент. Даже Егорка положил головенку мне на плечо, притих.

— Я что-нибудь придумаю. Макса рядом посажу на худой конец, Это мой друг из охранного агентства, я рассказывал. Кстати, он приглашает нас в воскресенье к себе на дачу, на шашлыки. Поедем?

Между нами искрит, чувственные губки все ближе, звуки тише. Обмен дыханием ускоряет биение в груди. Сумасшедшее желание концентрируется внизу живота и, судя по вздымающейся груди девушки, не у меня одного.

— Поедем...

Мы почти касаемся губами друг друга, но зеленоглазка вдруг моргает, слегка вздрагивает, словно скидывает с себя морок, отстраняется. Не даю ей выскользнуть, держу крепко. В глаза зеленые заглядываю — почему отталкиваешь? Улыбается застенчиво девочка, дышит взволнованно, словно границу дозволенного перешла, а в глазах лучики играют. Сказать что-то хочет, медлит...

Переводит взгляд на сына — смущается его присутствия в момент нашего почти состоявшегося поцелуя.

— Ты торопишься? Обедать будешь?

Не то говорит, что хотела, но давить не буду.

— С удовольствием. У тебя тут такие запахи, что я теперь точно никуда не уйду.

— Не уходи. Это же твой дом.

— Катерина меня сдала?

— Нет, я сама догадалась. Еще вчера. Тут везде твой запах, все твое.

— Эх, плохой из меня конспиратор.

— Я сына спать уложу и накормлю тебя. Подождешь?

— Конечно.

Мягко целую Варю в бархатный висок. Пальчики самовольно скользят под копной распущенных волос вверх по тонкой ткани женского платья, едва касаясь позвонков, спускаются вниз и отпускают, наконец, девушку из своего плена.

Варя попыталась забрать у меня Егорку, но малыш захныкал — успел уснуть у меня на плече, пока мы ворковали с его мамой.

— Давай я сам его уложу.

Она согласно взмахивает ресницами и идет впереди нас в спальню.

Как мальчишка пожираю взглядом худенькую фигурку в трикотажном платье длиной чуть ниже колен. Цвет ткани идеально подходит цвету глаз моей пассии. Пшеничные волосы красивыми волнами спускаются ниже поясницы. Носочки по щиколотку с рисованными клубничками создают летний образ и в то же время все просто, по-домашнему. Свободный крой платья скрывает плавные изгибы фигуры. Кожа на ладони еще хранит ощущение женского тепла, от этого воображение разыгрывается еще больше, а тело посылает сладостные импульсы в район паха.

Словно чувствуя мои нескромные желания, Варя оглядывается. Щечки окрашены румянцем — стесняется. А может, тоже предвкушает.

Девушка расправляет постель, я аккуратно кладу ребенка. Егор открывает сонные глазенки.

— Ди, — порывается встать.

Не уйти так быстро.

— Спи, спи, малыш, — ложусь рядом с парнишкой поверх одеяла.

Варя обескуражено смотрит на нас. Не знает, что делать, но сын решает за нее. Поворачивается к ней:

— Ди, — требовательно.

Царевич!

Варе приходится лечь с сыном с другой стороны.

Только убедившись, что мы оба рядом, тезка закрывает глазенки, пару раз глубоко вздыхает и засыпает. Мы с Варей смотрим друг на друга, улыбаемся, слушая мерное сопение малыша между нами. Молчим, чтобы не нарушать безмятежный сон мальчика, хотя скопилось много слов, вопросов, нежностей.