Книга Телохранитель для Снежной Королевы, страница 27 – Эмма Райц

— Какой ужас… – прошептала Юля, распахнув ресницы. – Убить животное, просто потому что внешность не удалась?..

Скай, еле сдерживая сарказм, пожал плечами и смахнул с опушки своего капюшона снег:

— Он был тощий, как борзая, когда я его нашёл. А теперь вот… Ненасытное чудовище. Но добрый и почти безобидный. Поэтому Пушок.

— Что значит «почти безобидный»? – Белинская напряглась и на полшага отодвинулась.

— Питает особенную любовь к дорогой обуви и ещё более дорогим покрышкам, – хохотнул Павел и подставил ей локоть. – Не бойся, людей он не трогает. Если только не вознамерится зализать насмерть.

— Какой милый… А с виду – настоящая бойцовая собака.

— Кане-корсо и есть бойцовая порода. Но мы такое не практикуем.

Выдохнув, Юля отпила кофе и сжала предложенный мужской локоть:

— Паш, расскажи. Почему ты здесь?

— Проснулся утром, увидел снег и решил, почему бы и нет? Тебе никуда не надо, мне, соответственно, тоже.

Обойдя жилой комплекс, они вошли в старый сквер с высокими липами и редкими берёзами. Тропинки и лавочки припорошило снегом, по земле, переваливаясь с боку на бок, бродили голуби и резво скакали воробьи. Счастливый пёс задорно вилял хвостом и с удовольствием валялся в небольших сугробах.

— Насчёт вчерашнего…

— Есть хочешь?

— Паш, – Юля притормозила и повернула Кострова лицом к себе. – Давай поговорим.

— Давай сначала сделаем кое-что… – хитро прищурился Скай.

— Что сделаем? – Белинская вопросительно свела тонкие брови.

— Вот это, – не дав ей опомниться, Костров опустил голову и, мягко обхватив свободной ладонью затылок Юли, впился ртом в её тёплые губы.

Белинская растерянно ответила на поцелуй, даже не попытавшись обороняться или вырваться. От её бывшего телохранителя терпко пахло кофе и совсем немного – сигаретами. А его напористый язык на вкус был сладковато-вишнёвым.

И вся его внезапная атака волшебным образом окутала раненую душу Юли будто тяжёлым тёплым одеялом. С трудом втянув носом немного воздуха, она привстала на цыпочки и, слегка качнувшись, прижалась к Кострову, отключив в голове все свои мысли.

Пушок, заметив неладное, взволнованно носился вокруг хозяина и этой странной женщины с белыми волосами, одетой в идеально чистые вещи.

Поняв, что никто не собирается сопротивляться, Костров опустил руку на талию Юли, а его поцелуй из слегка агрессивного превратился в нежно-чувственный, успокаивающий, дарующий ощущение защищённости… Идиллию нарушал только длинный поводок, постепенно обматывавший их ноги.

— Паша… – открыв глаза и смущённо уставившись вверх, на его лицо, Юля нерешительно улыбнулась.

— Не двигайся, – Скай строго глянул на пса и начал аккуратно разматывать поводок. – А то упадём.

Белинская тихо рассмеялась и послушно стояла в ожидании свободы.

— А теперь пойдём завтракать, – сжав её ладонь, Костров наугад двинулся сквозь сквер.

— Вообще-то сначала мы должны были поговорить, – Юля продолжала улыбаться, а ледяное ограждение вокруг её разбитого сердца уже дало трещину.

— Успеется, – усмехнулся Скай. – У нас весь день впереди.

Чтобы не смущать присутствующих, Костров шёпотом извинился перед Пушком и защёлкнул на его голове намордник:

— Прости, малыш. Так надо. С меня сосиска в тесте.

Кане-корсо понимающе, но крайне печально моргнул и улёгся под стол в опасной близости от нубуковых ботинок Юли, слепо листавшей меню, ибо все её мысли так и остались в сквере, на месте случившегося поцелуя.