Книга Одно Рождество в Париже, страница 143 – Менди Беггот

— Что она не такая красивая, как у Авы, — с улыбкой ответил он. Она рассмеялась.

— Нет! Не говори так! Она ненавидит мою прическу. Это даст тебе ноль очков.

— Мне нужно и очки набрать?

Выражение ее лица поменялось, и она покачала головой.

— Нет… ты прав, — ответила она. — Тебе не нужно набирать очки. Потому что на самом деле не важно, что она скажет или подумает… я определилась.

— С чем?

— Да, месье Фитусси, — выдохнула она. — Думаю, я хочу быть с тобой

Отель «Азенкур»

Ава грызла ногти, шагая по комнате. Дебс включила фен на полную мощность, что уже начало действовать на ее и без того расшатанные нервы. Она подошла к балконным дверям и посмотрела на улицу. Благодаря сильному вчерашнему морозу на голубом небе не было ни одного облака. Снег на тротуаре казался очень твердым и хрустящим, как застывший шоколадный топпинг для мороженого, который нужно разбивать ложкой. Люди со стаканчиками кофе в руках спешили на работу, а еще она заметила пожилого мужчину в длинном пальто и берете на голове, с тонкой сигаретой, зажатой между губами, который лавировал среди машин на своем старом велосипеде. Почему она так сильно нервничала? Это был всего лишь завтрак с Жюльеном… в отеле… с ее мамой.

Фен замолк, и Ава развернулась, вгрызаясь в очередной ноготь.

— Ты скоро подавишься ими, — сказала Дебс, вороша волосы руками так, словно они были дорогой комнатной собачкой.

— Отлично, — сказала Ава. — Тогда мне завтрак не понадобится.

Она вновь проверила время на часах.

— Не понимаю, почему ты нервничаешь, — произнесла Дебс.

— Правда? — воскликнула Ава. — Ты правда не понимаешь?

— Ава, это же не работа на… Каймановых островах… или фотосъемка для ASOS. Это завтрак.

— С моей мамой, и мужчиной, которого я… — она тут же замолчала. — С Жюльеном.

— И он очаровательный, — напомнила ей Дебс, похожая теперь на Вуки из Звездных Войн. — Реально очаровательный.

Не было смысла отрицать правоту подруги. Дело было в том, что не считая Лео, который сам представился ее матери, когда забирал Аву из дома, она никогда никого не знакомила ранее с мамой. Это казалось грандиозным.

— Он не собирается ронять на себя круассаны и джем. Он не будет говорить с набитым ртом. Он скорее всего отодвинет стул перед твоей мамой и заворожит ее своими разговорами о фотографии, — заявила Дебс, наклонившись головой до самого пола, а затем резко поднимаясь вверх. Теперь она походила на Вуки с афро-прической.

— Ты права, — почти взбудораженно сказала Ава. — Не знаю, почему я раньше об этом не подумала. Вот что у них есть общего. Камера! Он за ней. Она перед ней.

Они могут говорить об освещении, позировании, и… обо всем том, о чем я никогда с ним не говорила.

— Вот и все, — сказала Дебс, надевая висячие сережки в виде фей.

— И мы не можем сидеть более часа, потому что у нас будет съемка других семей, затем нам нужно будет посмотреть снимки и отсортировать их, решить, что пойдет на холст, что в рамы, а что в блоки… Судя по всему, людям сейчас нравятся «движущиеся картинки».

— Я думала, это называется «видео»?

Ава пожала плечами.

— Понятия не имею. Это Жюльен эксперт в этом.

Дебс взглянула на свои часы.

— Тебе пора. Лифт прошлым вечером очень медленно двигался.

Ава тоже проверила время.

— Черт, пять минут!