Книга Фон-барон для Льдинки, страница 104 – Анна Аникина

— Гооолл! - завопила Алиса что есть силы, - Вы видели? Вы видели это? - она размахивала над головой фанатским шарфиком и пританцовывала.

Но ни Алекс, ни Игорь не видели главный момент этого матча. Алекса не трогали ни танцы Алисы с шарфом, ни рев стадиона. Он смотрел только на фотографию Тори в купальнике. Игорь с опасением поглядывая то на фото, то на друга.

— Алекс, как думаешь, этот вратарь даст мне автограф? - из мыслей о Тори его вынула Алиса, подпрыгивающая от радости. Да, "Бавария" не выиграла. Но и не проиграла. Да как красиво! И это только стартовый матч сезона.

Этот гол повторили на большом экране. Алиса буквально заставила Игоря и Алекса посмотреть и выразить свой восторг.

— Смотрите! Видите? Как он забил! - дёргала за рукав то одного, то другого.

Гол действительно стоил этого. Ей было совершенно не понятно, почему мальчики не прыгают и не радуются вместе со всеми остальными болельщиками "Баварии".

— Барон, вот тебе и идея, как наградить наш "Новик".

В машине по дороге домой Алиса задремала. Но мяч с автографом пятьдесят первого номера "Баварии" из рук не выпустила.

*Лев Яшин

Обычно Алекс уезжал из Раттенбурга, начиная скучать по замку сразу, как только машина выезжал за ворота. В этот раз его будто подталкивало вперёд.

Тревоги было две. Дед Витал, ждавший их в Хельсинки. Обычно немногословный, он вдруг очень эмоционально говорил с внуком по телефону. Сказал, что скучает и очень ждёт. Обычно Витал Виртанен говорил, что их ждёт бабушка. Прятал эмоции за супругой.

Вторая тревога - Тори. Без неё становилось совсем невыносимо. Алекс как одержимый перечитывал их переписку на ночь, будто молитву. Он ничего не спросил Тори про фото на пляже. И даже с Игорем не стал развивать обсуждение фигуры своей девушки. Желания в Алексе посыпались вполне понятные. Мужская природа бушевала в теле и мыслях. Первобытный инстинкт призывал схватить, унести и спрятать ото всех. И было страшновато и горячо от того, что фантазия подкидывала дальше.

Они все летели в Хельсинки. Оттуда уже были билеты в Бургас. Именно там, в небольшом приморском городке недалеко от аэропорта отдыхала сейчас почти вся их московская компания.

После тёплых и солнечных дней в Германии, Финляндия встречала туманом и мелким дождём. Пахло близким морем, совсем как в Питере. Выйдя из самолёта, Алекс с тоской подумал о том, что лето так быстро заканчивается. Им с Тори надо будет как-то пережить этот последний для обоих учебный год. И всё равно они оба пока не будут самостоятельны. Тори в феврале только семнадцать.

Про экзамены и дальнейшую профессиональную дорогу даже думать не хотелось. Алекс подозревал, что у него всё будет не так, как у однокурсников. Но старательно оттягивал момент принятия решения.

Весь путь до дома бабушки и дедушки Виртанен Алекс молчал. Смотрел в окно, узнавая знакомые с детства места.

— Что с Вами, сиятельство? - не выдержал Игорь молчания друга, - Грусть-тоска съедает?

— Будем считать это акклиматизацией, - буркнул в ответ Алекс.

— С чего это тебе к Балтике надо акклиматизироваться? Сиятельство акклиматизировалось, акклиматизировалось, и не выакклиматизировалось?

— Док, дошутишься. Чую кормой, что-то не так.

— Ну если только кормой. Ты себя не растравливай. Сейчас всё увидишь и поймёшь, стоит ли оно беспокойства. А через некоторое дней покажешь Тори болгарские злачные места.