Книга Биография страсти, страница 71 – Ольга Тимофеева, Софи Баунт, Татьяна Алышева, и др.

— Может, я тогда могу снять повязку?

— Нет.

Почему?

— Ты влюбишься в меня.

— А после… всего. Сейчас… нет?

Дима продолжает прижимать телом к поверхности. Лаская каждый сантиметр моего тела.

— Максимум, во что ты влюбишься, это в образ. Голос. Нет лица, нет человека. Нет человека – это только твои фантазии. Мы не влюбляемся надолго в героев книг, потому что они наша фантазия. Вымышленная реальность.

— Ты классный, – улыбаюсь как дурочка. – Я бы хотела тебя увидеть.

— Ты много говоришь.

— Так заткни мне… – голос тонет в поцелуе.

А следом тянущая боль распространяется внизу живота. Теплая, приятная.

— Расслабься. Сейчас все пройдет.

Парень все еще во мне, но не двигается. Дает возможность привыкнуть к новым ощущениям. Губами нежно проходится по шее, кончиком языка слизывая остатки мороженого.

Ждет, пока я сама не положу руки ему на поясницу, и начинает двигаться быстрее. Дискомфорт граничит с кайфом от той силы, что рождается во мне. От того дикого желания, что накрывает с головой, когда мы сливаемся в ритмичных движениях. Когда дарит мне свободу. Когда останавливается и покидает меня, хочу кричать, чтобы не делал этого, но из пересохшего горла вырывается только выдох.

— Это как танец. Расслабься и будь со мной сейчас. Мысли пусть утекают. Не думай о прошлом, его не вернуть и не изменить. Не думай о будущем, оно никому не известно. Думай о нас. О том кайфе, что сейчас между нами. О той физике, что происходит с двумя телами, когда их тянет друг к другу.

Откуда он, такой хороший? Идеальный.

— Я хотела бы быть такой, чтобы ты меня запомнил.

— Я запомню тебя, внучка Фрейда.

Переворачивает меня на живот и усаживает на колени. Заставляет прогнуться в пояснице, и я как марионетка подчиняюсь каждому его движению.

Прикусывает кожу на шее и снова проникает в меня уже сзади. Пальцы умело ложатся на складочки между ног и начинают массировать их. Черт. Знает то, что знала до этого только я про себя. Мои секреты и мои тайны. Плед сваливается с нас, раскрывая до пояса. Но сейчас плевать на это, когда одна рука прижимает к своей груди, а вторая доводит до сумасшествия. Ощущение его внутри себя, поглощенного этими движениями, и шепот бархатного голоса сносят крышу, и я сама обхватываю затвердевшие соски, сжимая их до боли. Подавляю нарастающее напряжение внутри. Хочу, чтобы вырвалось это, хочу, чтобы он сделал это со мной. Хочу запомнить навсегда эту единственную встречу. Не затыкает больше рот, позволяя стонать так, как я хочу, двигаясь энергичней.

— Хочу кончить вместе с тобой, просто скажи «твоя», когда будешь приближаться.

Двигаюсь навстречу, лаская грудь и постанывая от накатывающей волны удовольствия. Закидываю руки назад, снова погружая пальцы в его волосы. Хочу запомнить все, что только смогу. Парень замедляется, давая мне пару секунд перерыва, а потом с новой силой изводит мучительными движениями пальцев на клиторе и скользит внутри меня.

— Твоя, – срывается с губ, когда чувствую, как волна оргазма охватывает и сводит мышцы охрененной судорогой. Следом чувствую несколько толчков от него, как он расслабляется, опуская губы на плечо.

Тяжело дышит вместе со мной и снова обнимает нас пледом.

— Мы больше не увидимся? – спрашиваю, боясь услышать.

— Нет.

Я обнимаю его, а из глаз слезы медленно текут. Сладко-больно. Лучшая ночь и болезненное расставание.