Книга Дочь друга. Порочная связь, страница 74 – Хелен Кир

— Я в хорошем смысле. Пока не поссорились вновь, одевайся уже. Я пошел. Позже поговорим.

— Пап!

— Да.

— Подарок. Вот, — протягиваю ему коллекционную монету. — Ты давно хотел такую.

У папы резко выдвигается вперед подбородок. Он порывисто вздыхает и сгребает меня в объятия. Крепко обнимает, приподнимает с пола. Господи, такая ностальгия. Мне режет по сердцу, горло перехватывает и сильно схватывает спазм. Я так скучала. Я так его люблю.

— Дочь, — хрипит отец, — прости меня.

Конечно, дело не в подарке. Мы просто наконец обнимаемся. Тает барьер, что был, между нами. Потихоньку исчезает недопонимание.

— И ты меня. Знаю, что вы желали другого.

— Что уж теперь. Все равно ты самая любимая дочка моя. Упрямая, как я и целеустремленная. Поболтаем немножко?

Киваю. Мы усаживаемся с папкой на диван и начинаем непростой разговор. Я впервые с того времени раскрываю все, кроме имени отца Арсения. Папа, зная, что тема табу уже не просит что-то сказать. Они видимо смирились с мамой, что никогда не узнают об этом человеке.

Впервые сегодня вижу проблески понимания. Отец принимает меня за равную по восприятию и решению ситуации. Хотя я остаюсь для него в большей степени неразумным дитятей, но он смотрит уже по-другому, я же вижу. Я доказала ему, что способна нести ответственность за свои поступки. Взгляд совершенно противоположно от прошлого оценивает и анализ пережитого прошлого переигрывает ситуацию в мою сторону.

— Мама сильно переживает, — говорит он, по лицу мука прокатывается. Любит он маму, волнуется. Я отдалилась от нее сильнее, чем от папы. Она у нас слишком гордая, даже мной поступилась, лишь бы правоту признать, но переломить меня не вышло. Хотя знаю, что она очень страдала, маялась. Характер у меня тоже ее, если что. — Ты не противься, Алис. Мы уже на что угодно пойдем, терять тебя не готовы.

— Пап, я хорошо буду себя вести, но и она могла бы меня тогда понять. Она тоже женщина, а это, знаешь ли, ее на мою сторону должно было в первую очередь поставить, — не к месту обиду вспоминаю. Внутри начинает прежний костер полыхать. Я умная девочка, поэтому стряхиваю его и снова прячу в глубину давние дела. Теперь все будет иначе. Мои родители приняли Арсения. — Не хмурься. Все будет хорошо. Я очень рада, что мы приехали. Я все равно вас люблю, папа.

Отец облегченно вздыхает и пытается незаметно смахнуть влагу. Трогает до глубины души. Папка такой сильный, а здесь расчувствовался. Меня и саму не слабо потряхивает. Непросто после долгого времени в родной дом как ни в чем не бывало возвращаться. Нужно будет приучать себя заново жить.

Папа уходит, а я продолжаю собираться на праздник. Мама, не выдержав, приходит примерно через час. Мы разговариваем и находим единение тоже. С ней чуть сложнее. Я ее понимаю, стараюсь не осуждать. Какая мать, скажите, не желает лучшей судьбы своей дочери?

Мама уходит с легким сердцем, мне же становится и правда легче. По крайней мере с родителями разобрались. Такая сложная жизнь, да. И кто бы мне сказал, что так будет в мои-то годы. Но, некоторым образом, я стала взрослее и последовательнее в своих суждениях. По крайней мере я точно знаю, чего хочу теперь.

Надеваю узкое платье в пол. Закалываю волосы. Туфли. Ожерелье. Что еще? Ах, да. Тонкое изящное кольцо. Из зеркала на меня смотрит вполне себе красивая молодая женщина. Вот только взгляд выдает. Слишком серьезна. Раздвигаю губы в улыбке и вот я готова ко встрече с олигархами.