Книга Это по любви, страница 71 – Рина Райт

Ник отпускает, встаёт на колени, но не даёт мне передышки: уже накручивает мои волосы на свой кулак и тянет меня за собой. Подчиняюсь. Выгибаюсь и даю ему то, что он желает: свою порцию разрядки. Он быстро и размашисто трахает меня. Я слышу его громкое дыхание, влажные шлепки наших тел, свои стоны и… запах секса. Его так много, и он настолько сконцентрированный, что меня снова ведёт. Кричу, стону, мну пальцами простыню. Между ног невыносимо влажно — там уже всё хлюпает, и кажется, я уже не в состоянии сжимать. Но Ник уже с хриплым шипением покидает меня, и я чувствую на коже спины и ягодиц тёплые брызги его удовольствия.

Я не переживала ничего подобного никогда. Во второй раз я кончаю с Янковским. Затухающие спазмы удовольствия прошивают расслабленные мышцы, костей будто нет. Я полностью обмякаю.

Сил подняться и пойти в душ просто нет. Так и продолжаю лежать, пока не слышу, как Ник встаёт с кровати и уходит в ванную. В ванной включается вода, но ненадолго. Глаза слипаются, но буквально сразу вздрагиваю от влажного касания по коже спины. Янковский омывает моё тело мокрым полотенцем. Это настолько приятно, что я тихо стону и выгибаюсь в пояснице.

— Понравилось? — слышу ухмылку в его голосе.

Переворачиваюсь на бок и, подперев голову рукой, смотрю на возвышающегося надо мной, всё ещё обнажённого Янковского. У него снова стоит. И я, без капли стеснения, протягиваю руку и обвожу подушечкой пальца нежную кожу головки.

— Понравилось, — признаюсь, облизывая губы.

— Хочешь пососать? — вскидывает бровь.

— Хочу.

— Моя девочка, — хрипит над головой, подходя вплотную.

Его рука ложится на мою макушку, я прикрываю глаза и послушно открываю рот шире, когда Ник, мягко надавливая мне на затылок, толкает член в разомкнутые губы.

Крупная, упругая головка упирается в язык, тяжёлая и горячая. Смыкаю губы, нежно посасывая, впитываю солоновато-терпкий вкус его кожи. Обвожу языком кромку, выпускаю изо рта — воздух омывает влажную поверхность, он едва вздрагивает, — и снова беру глубже. Сосу ласково, в ритме его дыхания, одной рукой упираюсь в крепкое бедро, другой обхватываю основание и очень медленно вбираю больше — ровно настолько, чтобы горло оставалось мягким, без спешки.

Мне нравится его вкус. Нравится, как он мягко толкается мне в рот, срывая дыхание, как у меня натягиваются уголки губ — от концентрации и удовольствия. Как он проводит ладонью по моим волосам — неторопливо, будто успокаивает и благодарит. Как напрягается твёрдый живот, когда я скольжу по нему ладонью, чувствуя под кожей силу и терпение. Как мои пальцы не могут сомкнуться на основании — он слишком толстый — и какой он горячий и упругий под тонкой подвижной кожей, пружинящей под пальцами.

Я меняю хват, пальцы скользят по стволу в паре с губами, язык описывает широкие дуги — снизу вверх, задерживаясь у уздечки. Слюна стекает по пальцам, тянется тонкой нитью, и от этого становится только легче двигаться — влажно, глубоко, правильно. Он тихо выдыхает, пальцы в моих волосах чуть крепче, но не давят — только задают ритм. Я поднимаю взгляд и ловлю его глаза снизу: они темнеют, зрачки расползаются — и это сводит меня с ума сильнее любого прикосновения. Ник кончиками пальцев касается моего подбородка, чуть приподнимает — хочет видеть, как я на него смотрю, с расплывшимся фокусом и распахнутым «да» во всём лице.