Книга Застенчивый монстр, страница 59 – Натали Рик

Всю дорогу до дома я надрывно плачу, уткнувшись лицом в ладони. Запах полыни и крови, кажется, теперь будет преследовать меня вечно.

Меня высаживают у подъезда в три часа утра. Я поднимаюсь в квартиру на автопилоте, захожу в душ и долго стою под ледяной водой, не снимая одежды. Перед глазами стоит картинка — спина Пьеро и его гордое «Нет».

Я ложусь в постель, дрожа от холода и осознания: этот человек, кем бы он ни был под маской, только что пожертвовал своей кожей ради моей чести. И эта мысль пугает меня больше, чем все плети мира.

И, да… Так больше не может продолжаться. Чем дальше — тем хуже. Пора со всем этим заканчивать… Это больше не забавно и не смешно.

Просыпаюсь от того, что моё собственное дыхание кажется слишком громким в пустой комнате. События прошлой ночи обрушиваются на меня многотонным прессом, едва я открываю глаза. Вспышки красного света, свист плети, глухой рык Пьеро и его окровавленная спина... Всё это стоит перед глазами так четко, что я невольно вскрикиваю и зарываюсь лицом в подушку.

Как мне теперь со всем этим жить? Как смотреть в глаза Савелию, зная, что я — причина, по которой другого человека превратили в кровавое месиво?

Я долго лежу, уставившись в потолок, и чувствую, как паника медленно сменяется решимостью. Мне нужно с кем-то поговорить. С кем-то, кто вытащит меня из этого ада. Первым делом я думаю о брате. Кир — моя скала, он всегда знает, что делать.

Дрожащими пальцами я нахожу сумку на полу, выуживаю телефон и обнаруживаю, что он выключен. Видимо, Пьеро или кто-то из его компании позаботился об этом. Включаю. Экран вспыхивает, и на меня градом сыплются уведомления.

Все — от Савелия. Первым делом интуитивно вздрагиваю. Я знаю, что он нашел свой телефон вчера, тот спокойно дожидался его на парте в универе. Но кто-то ведь писал с него сообщения до этого…

Савва (01:30): «Малышка, надеюсь, ты уже дома и видишь десятый сон. Спокойной ночи. Люблю тебя».

Я кусаю губы до крови. В час тридцать он желал мне спокойной ночи, пока я стояла в центре того кошмарного зала. Дальше идут утренние сообщения, одно за другим:

Савелий (07:15): «Мила, ты проснулась? Почему телефон выключен?»

Савелий (08:00): «Начинаю волноваться. Ответь, как только сможешь».

Савелий (08:15): «Я скоро буду в универе, жду тебя у входа. Пожалуйста, не пугай меня так».

Мне так стыдно, что хочется провалиться сквозь землю. Я набираю номер Кира. Дозвон идет слишком долго, но наконец я слышу его голос — уставший, но до боли родной.

— Милка? — брат комично и надрывно вздыхает прямо в динамик. — Слушай, родная, я сейчас немного занят. В данный момент я работаю профессиональным держателем волос. Мира решила, что завтрак — это лишнее, и теперь мы проводим утро в обнимку с фаянсовым другом.

Совесть кусает меня за пятки. Если я сейчас вывалю на него историю про тайный клуб, маски и порку, это будет конец. Мире нельзя нервничать, а если начнет истерить она, Кир превратится в ядерную бомбу. Две истерички в одной семье — это явный перебор, а три — уже катастрофа.

— Оу... Прости, — я стараюсь, чтобы мой голос звучал максимально беззаботно. — Я просто хотела сказать, что у меня всё хорошо. Забыла телефон зарядить, вот и решила перестраховаться. Поцелуй Миру от меня.