Книга Соткана солью, страница 133 – Полина Раевская

— Мы так не договаривались.

Богдан открывает рот явно, чтобы сказать что-то резкое, но в последний момент останавливает себя. Втягивает с шумом воздух, прикусывает губу и несколько секунд молчит, играя желваками, утихомиривая бурю внутри, а потом, тяжело сглотнув, резюмирует:

— Ты права, не договаривались. Извини, я… забылся. Это не оправдание, просто… Неважно, извини! Больше не повторится, – он усмехается, а у меня внутри все сжимает до острой, колючей боли от этой невеселой усмешки и того, что так и не было озвучено. Между нами мгновенно вырастает китайская стена отчужденности, и вся атмосфера праздника растворяется, будто ее и не было.

Богдан бросает холодное “собирайся” и, взяв чистые вещи, уходит в душ, а мне хочется плакать от сожаления.

Ну, почему я вечно все порчу?

Почему не могу быть проще? Какой вообще смысл был в этих разборках, когда все случилось?

В очередной раз провести черту, призвать соблюдать дистанцию, чтобы что? Самой не забываться?

Дура, дура, дура!

В приступе самобичевания выскакиваю в коридор, чтобы хоть что-то исправить и сталкиваюсь лоб в лоб с Лаличкой, отчего какой-то сверток в ее руках падает на пол. Девушка тут же бросается к нему, а я только хочу извиниться, но тут слышу грубое:

— Смотри хоть немножко, куда несешься, тут тебе не твой особняк!

Сказать, что я обалдела от такой отповеди – не сказать ничего.

Что это, мать ее, за выходки?

Нет, я все понимаю, девочка влюблена, девочка страдает, но где элементарная вежливость?

— Извини, конечно, но мы с тобой, по-моему, на “ты” не переходили, – взяв гнев под контроль, осаживаю девчонку в своей ледяной манере.

— А ну да, вы же уже немолодая, извините, просто вы так хорошо сохранились… – тянет издевательски эта сопля с превосходством, знающей цену своей молодости, сучки.

У меня вырывается невольный смешок, ибо в очередной раз вести подобные разговоры мне совсем не улыбается, Настеньки в свое время хватило. Но тем не менее, оставить без внимания такой пассаж – выше моих сил.

— Послушай-ка сюда, дорогуша, я, конечно, все понимаю, но ты выглядишь жалко. Бегать за мужиком, который на тебя чхать хотел – бесполезное занятие, которое ни к чему, кроме унижения и слез не приведет, уж поверь, я знаю, о чем говорю. Все, на что ты можешь рассчитывать – это удачное стечение неблагоприятных обстоятельств в его жизни…

— Ну, я хотя бы на что-то могу рассчитывать, потому что я – семья, а вы – ничего не значащий эпизод, который явно ненадолго.

Хлестко и прямо в цель, но я и не такое слышала.

— Знаю, – растягиваю губы в снисходительной улыбке, хотя внутри все кипит. – Разница в том, что меня все устраивает, это мой выбор, а ты таким похвастаться вряд ли сможешь, так что мне жаль… Я бы пожелала тебе в честь Нового года, чтобы обстоятельства сложились, но для тебя же будет лучше, если ты останешься просто “младшенькой сестренкой”. Поэтому, с Новым годом, девочка, не грусти!

Сверкнув доброжелательной улыбкой, разворачиваюсь и, не обращая внимание на прожигающий спину, полный злости, взгляд, возвращаюсь обратно в спальню, где улыбка оползнем сползает с моего лица, придавливая все наносное неподъемными валунами горечи. И вроде бы, по факту сказала: знаю, понимаю, как обстоят дела, но вот устраивает ли это по-прежнему?