Книга Потерять горизонт, страница 28 – Юлия Резник

Осторожно сажусь на стул, беру один бутерброд, откусываю. Вкусно. Конечно, вкусно. Внутри поднимается волна вины. За резкость. За необдуманные и, наверняка, обидные слова, которых он точно не ждал. Ну, что мне стоило сказать ему просто «спасибо»?

Вообще-то многого! Мне надоело постоянно корректировать свое поведение согласно чьим-то ожиданиям. Думать не о том, что чувствую, а о том, как это будет воспринято. Как отзовётся. И какими обернется последствиями. Это происходит автоматически. Я даже не всегда замечаю момент, когда перестаю быть собой и становлюсь удобной версией себя.

С трудом доедаю первый и, похоже, единственный, в меня поместившийся бутерброд. Решительно отодвигаю тарелку. Горло судорожно сжимается. Мне хочется одновременно догнать Германа, извиниться, сгладить углы… И напротив — забраться в раковину, чтобы никто больше не трогал, и не ждал от меня ответа.

Почему любое вмешательство мужа выбивает меня из колеи так, будто я снова маленькая девочка, которую отчитывают ни за что? Уж не потому ли, что рядом с ним я снова и снова теряю опору внутри себя? Он заполняет собой всё пространство. Своей уверенностью, своей правотой, своей силой. И в этом всем я сама... не то чтобы растворяюсь, но становлюсь будто бы незначительной и неважной.

Наверное, именно поэтому мне так волнительно от чужого внимания. Даже такого нейтрального. Кошусь на телефон, где так и висит неотвеченное сообщение от Столярова. Решительно откатываю стул и выхожу из-за стола.

Германа я нахожу возящимся с какими-то коробками в столовой.

— Это что? — удивляюсь, на секунду забыв, зачем вообще спустилась.

— Стол… Стулья. Ты же так ничего и не заказала… Вот.

Он достает из первой коробки шикарный стул из массива ясеня. Подхожу ближе, провожу пальцами по растительному узору на мягкой спинке и благородному, будто живому дереву.

— А кто их выбирал?

То, что не Герман — ежу понятно. Ему бы в жизни не пришло в голову купить что-то подобное. Слишком роскошное и непрактичное. Но ужасно… Ужасно красивое. Настоящее произведение искусства.

— Дизайнер.

— Ты нанял дизайнера? — округлю глаза.

— Пока только взял пару консультаций. Я все же надеюсь, что обстановкой дома займешься ты.

Ох. Наши взгляды переплетаются. Герман явно ждет ответа. А я не знаю, что сказать! Просто безумие. В каком-то суматошном порыве чувств подхожу к нему и ныряю в предусмотрительно распахнутые объятья. Пугает ли меня то, что Герман порой понимает меня даже лучше, чем я сама? О, да... Эмоции рвут на части.

— Очень красиво.

— Правда?

Чувствую, как улыбается.

— Да-а-а! Я такое люблю, но как же ты?

— А что я, Зимка?

— Это же совсем не в твоем стиле?

— А что в моем? Отодранные обои и скрипучие полы? Перестань. Действительно красиво. Ты еще стол не видела.

— Так давай посмотрим! — искренне загоревшись, командую я. Файб несколько отстраняется, окидывает меня внимательным взглядом и вдруг улыбается.

— Давай. Это самый большой ящик…

— Я подержу.

— Не лезь. Сам справлюсь.

— А Димка где? Чего не помогает?

— Он в город умчался. Сказал, погуляет с пацанами, и оттуда сразу в училище.

— И даже не попрощался, — качаю головой.

Герман явно что-то хочет сказать, но почему-то так ничего и не произносит. Возможно, как я, не желая затрагивать серьезные темы сейчас, когда все в кои веки неплохо. Мы располагаемся на полу и с азартом принимаемся за распаковку, которая дает неплохую возможность не думать о будущем, о разводе, или отказе от него, который потребует каких-то других решений, а просто насладиться моментом.