Книга Тень, ключ и мятное печенье, страница 122 – Алексей Котейко

Вдова бессильно опустилась в кресло. Девочка, видя такие резкие перемены в матери и бабушке, неуверенно захныкала.

— Как это случилось? – спросила старшая женщина. Слезы всё ещё катились по её лицу.

— Несчастный случай на строительстве подземной железной дороги. Упал подъёмный кран, обрушив пешеходные мостки и придавив господина Хорна.

— А вы?..

— Я был там. К сожалению, ничем помочь уже было нельзя. Перед смертью господин Хорн отдал мне свой бумажник. Он не мог объяснить, кому именно нужно передать его, поэтому мы так долго добирались до вас.

— А где же сам бумажник? – спросила младшая женщина.

— Это долгая история, и не слишком интересная. Бумажник уже не вернуть, но в нём было пятьдесят крон, – Вути с удовлетворением отметил, что сидящая справа от него за столом Виола не повела и бровью, когда он озвучил сумму. – Вот деньги, мадам.

— Я не возьму их, – вдруг нахмурилась хозяйка дома. – У Джека не могло быть с собой больше десяти крон! Он поехал в город искать работу!

Муримур, ничуть не смутившись, подвинул к ней монеты по столу. Затем продолжил:

— В бумажнике были фото и ключ.

Женщины переглянулись.

— Мадам, ваш второй сын, Джим, перед своей гибелью присылал вам что-то?

Женщины молчали. Вути вздохнул, вытащил из кармана бумажник, порылся там, и выложил на стол визитку «Зелёной лампы» и сложенный вчетверо листок.

— Я – компаньон в сыскном агентстве «Зелёная лампа». А это – лицензия Тайной Канцелярии, наше официальное разрешение на работу.

Вдова прижала к себе дочку. Девочка перестала хныкать и теперь с любопытством рассматривала муримура.

— Ваш сын, Джеймс Хорн, работал секретарём городского советника Фушара, отбыл с ним на Валькабару, а затем, на обратном пути, погиб при крушении дирижабля «Князь Ульрих». Перед смертью он выслал вам или своему брату, Джону Хорну, ключ. Возможно, он также выслал и шкатулку, которую этот ключ отпирает. Я не хочу пугать вас, мадам, но речь идёт об очень серьёзном деле. Вы вправе не верить мне, и я могу попросить приехать вместо себя господина сюретера Ла-Киша, но это означает потерю драгоценного времени. Люди, которые ищут «наследство» Джима, уже доставили нашему агентству немало неприятностей. Прошлой ночью они похитили мадемуазель Энне, – муримур указал на Виолу. – Завтра они могут прийти за вами, если узнают, что вы являетесь ближайшими родственниками Джима. Эти пятьдесят крон, – муримур кивнул на монеты, – возможность для вас провести неделю где-нибудь на побережье. Выберите рыбацкую деревушку поглуше и подальше, пока мы решим проблему.

Женщины снова неуверенно переглянулись. Потом вдова, по-прежнему прижимавшая к себе дочку, посмотрела на Виолу:

— Это правда, что вас похитили?

Вместо ответа мадемуазель Энне сняла шляпку, вынула несколько шпилек и осторожно раздвинула волосы, показав налившуюся лиловым шишку на голове. Старшая женщина охнула.

— Меня оглушили и держали в заложниках, надеясь получить вещи Джима. Похитителей ввели в заблуждение инициалы: на бумажнике стояло Дж. С. Хорн, и мы опубликовали инициалы и фамилию в газетах, дав объявление о розыске. Похитители решили, что это каким-то образом уцелевшие в катастрофе вещи Джима.

— Но он не присылал нам шкатулку, – наконец сказала мать близнецов. – Только вот это, – женщина расстегнула две верхних пуговицы жакета и достала небольшой медальон. – И письмо.