Книга Бабочка на золотой шпильке, страница 49 – Алексей Котейко

Бармен кивнул. Те Каеа, успевший оглядеться, и заодно убедившийся, что в соседней кабинке пусто, снова влез на скамью.

— Если это так, то тебе запросто отвертят здесь голову. И мне заодно. А если нет…

— Если нет – мы просто попробуем немного помочь арики в розысках. Вдруг удача окажется на нашей стороне.

— Да уж. Удача нам определённо не помешает, – с беспокойством пробормотал Равири.

Опиумные курильни помещались на юго-востоке Пти-Пре, у самого канала, другой берег которого был своеобразным пограничьем сразу нескольких городских районов. С севера подступали ещё не застроенные и даже не распланированные пустоши Бертрамки, с востока – трущобы Тюремной Горки: угрюмые ряды доходных домов в четыре-пять этажей, вытянувшиеся вдоль узких, петляющих улочек. Люди селились здесь не только в съёмных комнатах, но и во всевозможных сараях и лачугах, заполнявших дворы и лепившихся к стенам, иногда вырастая друг над другом в два, а то и три, яруса. С этим человеческим муравейником соседствовала промышленная зона: печи для обжига извести, кирпичные и черепичные фабрики, лесопилки, стекольные заводы и литейные цеха. Ещё южнее, а также на юго-западе, ближе к реке, производственное сердце города переходило в муримурский Абертан.

Обстановка на набережной Первых Цветов, как поэтично назвали её какие-то шутники в городском совете, разительно отличалась от спокойного и деловитого характера остальной части Пти-Пре. Помимо «официальных» каменных мостов здесь через канал было переброшено множество узеньких деревянных мостиков, наскоро сколоченных из полусгнивших досок. Из уличных фонарей не горел ни один, зато над каждой дверью помещалась красная лампа, в приглушённом свете которой толком невозможно было разобрать даже черты лица стоящего рядом собеседника.

Зато и публика на набережной была куда более разношёрстной: люди, муримуры и дракониды смешались здесь почти в равных пропорциях, так что на Шандора и Те Каеа никто не обращал внимания. Компаньоны, покинув «Серебряную ракушку», добрались до одного из перекрёстков, и здесь остановились. Равири переминался с ноги на ногу, подняв воротник пальто – ветер переменился, зашёл с запада, и теперь от реки по улицам Пти-Пре ощутимо тянуло сырой прохладой. Лайош надвинул поглубже цилиндр, и украдкой то и дело поглядывал по сторонам.

— Начать можно с любого заведения, – заметил драконид.

— Если наша парочка направлялась в какое-то конкретное, излюбленное место – это одно. Если они просто зашли в первый же притон, который был им по пути от Бертрамки – это другое.

Пошатываясь, мимо протащился муримур, что-то раздражённо бормочущий себе под нос. Время от времени он останавливался и принимался ловить нечто невидимое в воздухе, издавая яростное шипение. Проводив его взглядами, компаньоны продолжили беседу.

— Как бы то ни было, дверь они должны были открыть сами, – Шандор выждал паузу.

— Ага, – кивнул Равири. – Ну, ощупать здешние дверные ручки тебе никто не помешает. Тут таких, со странностями, хватает, – он чуть выгнул шею, высматривая бредущую вдаль по набережной фигуру муримура. – А что потом? У тебя вообще есть с собой что-нибудь?

— Ничего, – признался сыщик.

— Стоило Абекуа уехать ненадолго – и пожалуйста. Полная безалаберность в вопросах планирования и подготовки, – с преувеличенной печалью вздохнул Те Каеа. – Хорошо. Тогда нам не стоит лезть на рожон.