Книга Останусь пеплом на губах..., страница 31 – Анель Ромазова

Дамир мажет губами по виску эфемерной Евы. Она изящная, несмотря на огромный живот. Он любит её глазами, не пытаясь тушить силу чувств. Возможно, кто-то и не заметит, но мне бросается недосягаемый уровень близости, до которого многим не дотянуться, даже кончиками пальцев.

— Карина тебя обманывает, родная. Она вышла замуж за очень богатого дядю. Если не ошибаюсь её фамилия теперь Лавицкая, — не ошибается, умышленно крадёт часть фактов нашего с Севером прошлого. Я вижу, что говорит ей меньше, чем знает обо мне. А знает он немало и не прошибаем в своих суждениях.

Хотелось бы избавиться от обтекаемости.

Нечего мне ожидать от разговора. Истина будет скрыта, а лживых полунамёков я уже наглоталась, что не продохнуть. Стошнит ими.

— Может, поднимемся к нам. На улице разговаривать не очень удобно, — не вовлекаясь в поставленные Дамиром рамки, девушка протягивает мне руку для пожатия.

Боюсь, в ответ на вежливый жест, охраняющая зверюга, сомкнёт челюсти у меня на запястье. Брешь в его приоритетах явная: рвать в лохмотья каждого, кто посягнёт притронуться, всех без исключения.

А я ему не нравлюсь. Когда успела встать поперёк горла, мы ведь не встречались лично. Остаётся секретом, но чувствуется отторжение.

— У меня дочка спит в машине, — мягко улыбаюсь ей, и она сама хватает мои зависшие на полпути ладони, — Мне нужно поговорить с Тимуром, передай ему от меня послание.

Услышав имя, сорвавшееся с моих губ, Ева сочувствующе сникает и отгораживается. В одном им известном симбиозе переглядываются, и Дамир негласно передаёт ей чёткое распоряжение: не сболтнуть лишнего.

— Я пойду. Не переношу стоять на жаре. Ещё увидимся, — выжимает из себя вежливо.

Всего-то, киваю, никак не прокомментировав её уход.

— Она его дочь? — нелепей вопроса не придумаешь.

Можно подумать, я преподнесу им Виталию, не убедившись, что Север меня не предавал.

— Нет. Она только моя дочь, — преподношу, не моргнув ни одним глазом.

— Тогда говорить не о чем. В преисподней свои каналы связи. Думаю, он знает всё, что ты хочешь ему сказать, — высекает с металлическим нажимом и таким тоном. Им опоры под мостом можно вбивать.

Совсем не про эмпатию. Между нами резонирует негативное облако.

Отвлекаюсь на запиликавший сообщением телефон. Когда снимаю блокировку, то первое, во что врезаюсь в скрытый номер, приславший мне сообщение.

«Знаешь, в чём прелесть кукол? Они всегда молчат. Не раскрывай рта и получишь вознаграждение»

Пидорас!

Последние сомнения отпадают, что в таинственной машине прячется Давлат. И он, как выясняется любитель остросюжетных шарад. У меня возникает ощущение, что все вокруг сговорились держать меня за безмозглую кошку в непроницаемом мешке.

— Тимур был тобой одержим, — рассуждает Дамир, дождавшись, пока прочитаю и подниму на него одновременно затравленный и разъярённый взгляд.

— Да, только это всё быстро закончилось и не было правдой. Он обещал вернуться за мной с того света и врал, что неубиваемый, — усмехаюсь убито, пропитывая интонации горечью своих слёз. Замкнутый круг и нет ни одного выхода, но я обязана найти крохотную лазейку.

— Тогда не ищи, а лучше прячься. Он сам тебя найдёт, потому что никогда не нарушает клятв, — хладнокровным эхом сквозит, как будто ловит мою мысль за хвост, раскручивая в противоположном направлении.