Книга Кофе по понедельникам, страница 44 – Алексей Котейко

«Мазать так мазать», – решил он про себя.

Время едва перевалило за полдень, когда Сергей, пройдя по Октябрьскому проспекту – главной улице Города, в это время ещё довольно тихой и немноголюдной – устроился возле красивого здания, отделённого от проспекта небольшим сквером. Выстроенное в стиле неоготики, оно прежде принадлежало духовной семинарии, потом переходило от одного ведомства к другому, пока, наконец, не превратилось в корпус университета, большую часть которого теперь занимали фонды обширной библиотеки.

Серёга сидел на невысокой гранитной тумбе на углу сквера, расставив вдоль протянувшегося у тротуара бортика несколько картонок с портретами знаменитостей. Накануне он, вспомнив, что уличному художнику стоит позаботиться о рекламе, на скорую руку набросал эти портреты по найденным в Интернете фотографиям. На мольберте был приклеен лист акварельной бумаги: парень неспешно писал открывавшуюся перед ним перспективу проспекта. Рядом с мольбертом стоял небольшой складной стульчик, только сегодня утром купленный в магазине охотничьего снаряжения.

— Оба-на! Вот так встреча! – знакомый голос, чуть растягивавший гласные, заставил Сергея поднять глаза от работы. Перед ним стояли мотоциклист и Жанна. Кавалер сероволосой девушки улыбался:

— Привет, бариста! – мужчина окинул взглядом выставленные картонки. – Тоже тренировка?

— Вроде того, – улыбнулся в ответ Серёга.

— А красавицу мою сможешь?

— Что? – в один голос с удивлением выдали парень и девушка.

Мотоциклист небрежно махнул рукой:

— Ну, портрет. Долго это?

— Я не хочу, – мотнула головой нахмурившаяся Жанна.

— Да брось, – повернулся к своей спутнице мужчина.

— Олег, я не хочу!

— Слушай, ну классно же парень делает, ты посмотри. Не хочешь для себя – без проблем, в офис заберу.

— Ещё не хватало!

— Да ладно тебе вредничать! – мотоциклист скривился, и хотя выглядело это вполне добродушно, Серёге померещились мелькнувшие в голосе нотки раздражения. – Долго будет?

— С полчаса, – художник рассеянно потёр переносицу, оставив на коже мазок зелёной акварели.

— Лады. Как раз дела закончу.

Глаза Жанны недобро сощурились, но она промолчала. Мотоциклист демонстративно-широко улыбнулся спутнице и зашагал дальше по проспекту. Когда он удалился метров на пятьдесят, девушка, наконец, взглянула на Сергея:

— Я не буду позировать.

— Как скажете.

— Мы снова на «вы», – то ли вопросительно, то ли утвердительно заметила она.

— Можешь не позировать, – Серёга отложил в сторону кисти и, заметив на руках краску, принялся оттирать их тряпочкой. – Только твой муж будет недоволен.

— Он мне не муж, – фыркнула девушка.

— Хорошо. Парень.

Жанна наблюдала за тем, как художник тщательно протирает каждый палец, потом рассеянно взглянула на лицо собеседника, и тень улыбки проскользнула по её губам:

— Нос.

— Что?

— Переносица вся в краске.

— Блин…

Сергей порылся в сумке и, достав пачку влажных салфеток, принялся вытирать лицо.

— Всё?

— Кошмар, – прокомментировала Жанна. – Ты теперь весь зелёный, как лягушка.

— А, чтоб меня… – Серёга с раздражением скомкал измазанную салфетку, бросил шарик в стоявшую рядом с тумбой урну, и достал новую.

— Дай, – девушка требовательно протянула руку и, забрав у парня салфетку, принялся избавлять его от зелёных пятен.