Онлайн книга «В плену безумия»
|
Он кивает, записывает что-то в блокнот. — Да, ты прав… Это действие препаратов. Мы снизим дозировку, посмотрим на реакцию. Я пообщаюсь насчёт этого с Валентином… «Снизим дозировку. Посмотрим». И так каждый раз… Как будто я — лабораторная крыса. А ведь он предупреждал меня… Но сейчас я ощущаю это всё острее, чем обычно… 12:00 у нас, как обычно, обед. Суп, котлета, компот. Я почти не ем. Аппетита нет. От таблеток одолевает лютая тошнота… Прихожу сюда поковыряться в тарелке и посмотреть в окно… 14:00–15:00 — прогулка во дворе. Под присмотром медсестры мы ходим по кругу, как звери в клетке… То ещё развлечение, конечно… Единственный плюс из этого — подышать свежим воздухом… Стационар находится почти загородом… И это единственный ресурс, которого здесь хоть отбавляй… 16:00 у нас уколы. Медсестра ловко, но болюче вкалывает иглу в плечо. Кажется, она немного садистка… Я морщусь. Но боль — это хотя бы что-то. Признак жизни… Ощущения… 18:00 — ужин. Снова овсянка или другая каша, похожая на блевотину. Я оставляю половину на тарелке. 20:00 — тихий час. Лежу на кровати, смотрю в потолок. Мысли крутятся вокруг одного… Алёна. Алёна. Алёна… Лучше бы пулю в лоб, чем всё это… Раз за разом… * * * Следующим утром в столовой я знакомлюсь с Игорем. Он сидит напротив, крутит в руках ложку, улыбается чему-то своему. — Ты новенький? — спрашивает он. — Две недели уже лежу…, — отвечаю. — А я три месяца. Но скоро выпишусь, — он подмигивает. — Я почти здоров. Почти… Он смеётся, и смех у него — звонкий, почти детский. Странное поведение. Но здесь все такие. Вчера я его не видел… — А ты чего тут? — интересуется он. Я мнусь. Рассказать правду? Какая тут кому нафиг разница, правда? — Проблемы с контролем эмоций, — уклончиво говорю я. — О, это знакомо! — он слишком судорожно кивает. — Я тоже раньше не мог остановиться. Кричал, ломал вещи, пугал людей. А потом — бац! — со всей дури ударяет ладонью по столе. — Понял, что я не один. Во мне ещё кто-то живёт… Звучит жутковато. С такой стороны на это я ещё не смотрел… — И что ты сделал? — тихо спрашиваю. — Научился с ним договариваться, — Игорь наклоняется ближе. — Он — это я. Я — это он. Мы — одно целое. Просто иногда он берёт руль. Но я знаю, что он не враг. Он — моя сила. Я смотрю на него и думаю… Что он абсолютно напрочь отбитый чел… Но мысль о том, что какая-то хрень нас с Адамом всё же связывает, не оставляет меня в покое… — Понятно, — стремлюсь уйти поскорее. — Эй, погоди! — он кричит мне в спину, когда я ухожу. — Главное — не бойся его. И не бойся себя! Пиздец кринж, конечно. Чувак лежит тут три месяца и учит меня общаться со своим альер-эго… Приплыли. Вечером, лёжа на кровати, я снова думаю об Алёне. Где она? Что делает? Скучает ли? Вспоминаю её лицо в больнице — слёзы, страх, любовь. Она готова была ждать меня. И я не знаю, где она сейчас… Нашла ли себе кого-то, забыла ли меня, живёт своей жизнью или… Переживает за меня… Боль пронзает грудь с новой силой. Нет. Мне не нужно думать об этом… Что, если я не смогу стать «нормальным»? Что, если Адам снова возьмёт верх? Что, если в следующий раз он сделает ей больно? Или вытворит другую хрень, из-за которой мы попадём за решётку, к примеру? Способен ли он на это? Или же она для него значит больше, чем я могу себе представить? Мне бы не хотелось это ощущать… |