Книга Последний выживший самурай. Том 2, страница 21 – Сёго Имамура

— Я был неправ.

Если уж кто и достоин смерти, то только он, беглец от битвы за наследие. Всему приходит конец, даже Гэнто-сай не наделён бессмертием: а Сюдзиро просто нужно не останавливаться и бежать. Только вот это стало роковой ошибкой, из-за которой погибли Фугоро и Сития. И теперь он снова подвергает жизни братьев и сестры опасности.

Сикура ничего не ответил.

Пройдя чуть глубже в лес, Сюдзиро остановился.

— Они разделились…

Ироха осталась с Футабой, а Сансукэ пошел дальше в одиночку. Что произошло? Что заставило их это сделать?

— Может, и нам разделиться?

— Согласен. Сможешь идти по следу?

— Да. Правда, не так быстро, как ты… Попробую найти Сансукэ.

— Договорились. Что ж, встретимся в Тирю, если выживем.

— А там я уж с тобой разделаюсь.

— Хорошо.

— Тогда до встречи, – после недолгого молчания ответил Сикура, а затем пошёл по следу Сансукэ, продираясь сквозь заросли.

Отведя взгляд от спины уходящего в лес брата, Сюдзиро вернулся к следам Футабы: расстояние между ними стало меньше. Скорее всего, они перестали бежать и пытались тихо укрыться. Здесь их настиг Гэнто-сай.

«Ироха, не подведи!» – с такой мольбой, цепляясь за соломинку, Сюдзиро возложил все надежды на названую сестру.

5

Деревья закрывали небо, к тому же набежали тучи, ослабив и без того бледный лунный свет. С запада, пусть и откуда-то издалека, доносился гром – скоро будет дождь. Даже ветер, казалось, нёс запах наступающей грозы, отчего аромат листвы стал сильнее.

— Быстрее, – поторапливал Ироху и Футабу Сансукэ, идущий позади.

Когда он назначал встречу у кургана, то не думал, что всё так сложится. Он не мог предположить, что Гэнто-сай тоже будет участвовать в кодоку.

Честно говоря, когда Сюдзиро сбежал, Сансукэ тоже почувствовал облегчение.

С началом Реставрации Мэйдзи ему, знавшему в жизни только меч, пришлось нелегко. Однако он понимал, что остальным братьям не проще: мало кому улыбнулась такая удача, как Ситии.

Физически крепкий Сансукэ смог устроиться рикшей. В то время их услугами в основном пользовались богачи. Такие, кто и вдесятером не смог бы с ним справиться, но вели себя так, будто они хозяева жизни: смотрели на него как на пустое место, а будучи в дурном духе, могли и пнуть. В такие моменты Сансукэ в сердцах желал их прирезать. Только мысли о семье помогали ему успокоиться.

Его жена, Саки, была дочерью окати, бедного самурая-пехотинца. Её мать умерла от болезни, а отец, присоединившись к отряду «Сёгитай»^[31], пал в бою. Саки, оставшись одна, начала прислуживать в небольшой торговой лавке, хозяин которой и свёл их с Сансукэ, своим любимым рикшей.

Жена не знала ни о наследии «Кёхати-рю», ни даже того, что Сансукэ держал в руках меч. Она до сих пор считает, что он один из тех, кто перебрался из Киото в Токио за лучшей жизнью.

Сансукэ никогда не жаловался на скромное существование. Более того, когда у них с Саки появились дети, начал больше работать, чтобы они ни в чём не нуждались, – он был готов на всё, лишь бы их защитить. Даже завершить битву за наследие.

— Ироха, он здесь, – Сансукэ с раздражением щёлкнул языком.

Сзади раздавался шелест травы и чей-то топот. К несчастью, это был не Сикура или Сюдзиро, а тот жуткий старик – Гэнто-сай. Неужели он сразил даже самых сильных из братьев?