Книга Остров душ, страница 159 – Пьерджорджо Пуликси

— Скажи ему, чтобы он отвез их обоих домой, и как можно скорее. Всеми правдами и неправдами. И держи это при себе, хорошо?

Брат кивнул и оставил процессию позади себя, направляясь быстрым шагом к поселению Ладу. Пока Боэле шел, он осознал, что никогда раньше не видел, чтобы Бастьяну плакал, и это взволновало его до глубины души.

Мара остановила воспроизведение видео на ноутбуке и, опустив крышку, уставилась на Риту Масью. Идея пришла ей в голову незадолго до этого: она попросила одного из парней, который отвечал за записи допросов, дать ей отрывок из разговора Кроче и Нонниса, и коллега загрузил отснятый материал на ноутбук. Эта идея произвела желаемый эффект, судя по уничтоженному виду женщины.

— Вот в таком положении ваш муж, – через несколько секунд сказала Мара холодно, но без жестокости. Жестокость уже проявила Ева, собирающаяся отправить Нонниса в тюрьму. – Вы не ожидали, что все зайдет так далеко, не так ли?

Женщина медленно покачала головой. Ни слезинки не проронила во время просмотра. Ее боль выражалась не в слезах.

— Моя коллега была очень откровенна с Валерио, поэтому я тоже буду с вами предельно честной. Ваш муж замешан в убийстве Долорес Мурджа.

Женщина подавила крик, прикрывая рот.

— Если вы станете плакать, я оставлю вас на произвол судьбы. Уйду, вызову судью и посажу вас в тюрьму по обвинению в пособничестве убийству, – не выдержала Раис. – Знаете ли вы, что это значит? Что, когда вы выйдете из тюрьмы, ваши дети закончат среднюю школу.

Она дала женщине несколько секунд, чтобы обдумать угрозу.

— Это то, чего вы хотите? Попасть в тюрьму, прикрывая человека, который изменял вам и поставил под угрозу жизнь ваших детей?

Рита энергично замотала головой.

— У вас есть рот, перестаньте играть пантомиму. Можете ли вы рассказать мне что-нибудь об этом видео? Да или нет?

— Нет, я ничего не знаю.

— Есть ли что-нибудь, что вы знаете? Если вам нечего мне рассказать, просто непонятно, что с вами делать. Без информации я не смогу убедить судью закрыть на это глаза.

— В тот вечер он ушел около одиннадцати. Он не сказал мне, куда идет. Вернулся утром, выглядел потрясенным. Его руки были в крови, как будто он кого-то избил.

Мара заговорщицки взглянула на скрытую микрокамеру, а затем снова посмотрела на женщину. Она не давила на нее. В процессуальных целях всегда лучше не прерывать спонтанное заявление, чтобы защита не уцепилась за манипулирование свидетелем.

— Он не хотел говорить мне, что с ним случилось и где он был… Он сказал мне быть терпеливой, что у него есть решение, как заработать немного денег, и что у нас все наладится. Я должна была не задавать вопросов, а прикрывать его, на случай если кто-нибудь придет спросить о его местонахождении.

«Деньги, секс, кровь: святая троица преступления», – подумала Мара. Она слушала, не вмешиваясь.

— Он повторял мне до изнеможения: «Ты должна вести себя нормально, ни в коем случае не привлекать внимания». Я не понимала… нет, я почувствовала, что случилось что-то неладное, но никогда бы не подумала о чем-то подобном, – сказала Рита, указывая на компьютер. – Что угодно, только не это.

Раис дала ей еще несколько секунд, но, увидев, что она не продолжает, произнесла: