Книга Последний круиз писателя, страница 57 – Пьерджорджо Пуликси

— У кого-то день рождения? — спросил продавец книг.

— Ни у кого, глупыш. Это торт в честь начала нашего тура.

— Знаете, Кармен, я и правда очень устал. Наверное, лучше…

— Увидимся через десять минут на террасе верхней палубы. Ах да, постарайся и кошек тоже привести.

— Конечно. Они будут просто счастливы поучаствовать.

Маццалупо, напрочь лишенная чувства юмора, восторженно захлопала в ладоши.

А Монтекристо серьезно рассматривал идею прыгнуть за борт и добраться до Кальяри вплавь.

Марцио Монтекристо пристально смотрел на нож для торта, задаваясь вопросом, достаточно ли он острый, чтобы перерезать себе вены. С тех пор как они сели за большой круглый стол, Валентина, кокетливая дочь Галеаццо, сделала тысячу селфи, записала сотню видео и залила в соцсети множество историй. Ее мать, Елена, сидела спокойно и бесстрастно, как соляной столб. Аристид, напротив, любезно беседовал по-французски с Мишелем Анастазиа и Тибо, распустив хвост до невозможности, прямо с того самого момента, как его нога ступила на «Мизанабим». На другой стороне стола Джанроберто Польпичелла шутил с Клаудио Криппой и капитаном Васто, в то время как слева от книготорговца Карузо пытался тактично, с еле скрываемым отчаянием отбиться от приставаний на грани домогательств Кармен Маццалупо.

Актер Этторе Кристалло был полностью погружен в видеозвонок с молодой бразильянкой, которую Марцио сначала принял за его дочь, но потом понял, что это его девушка. Далила Моро, холодная жена Польпичеллы, казалось, была вообще не здесь и не участвовала ни в каких разговорах. Она пристально смотрела на пару, курившую в стороне, облокотившись о перила палубы. Марцио помнил, что женщину ему представили как Марину Бентивольо, профессора французской литературы в Павийском университете и автора критических очерков о произведениях Галеаццо; а мужчину, который ее сопровождал, звали Симоне Ронкони: полный, с длинными светлыми волосами и неухоженной бородой, он был похож на металлиста, возвращающегося с хард-рок фестиваля одной из скандинавских стран. Фотограф и видеооператор, фрилансер Ронкони должен был следовать за Галеаццо на протяжении всего тура, чтобы снять о нем документальный фильм.

Внезапно избирательная глухота, которую Монтекристо на себя напустил, отступила, и он, к сожалению, услышал обрывок разговора автора детективов с французами.

— В Лионе, на Quais du Polar^[31], Оливье Маршаль сказал мне, что читал все мои книги и хочет снять фильм по первой из них, — заявил Аристид издателю, раздуваясь от гордости. — Что-то в стиле «Последней миссии». Он думал отдать роль Брицци Даниэлю Отею или Жану Рено.

Монтекристо, который, к несчастью своему, очень хорошо знал французский, разразился смехом.

Внезапно повисла такая тишина, что даже Марина и Симоне обернулись, чтобы посмотреть на него.

— Что смешного? — спросил раздраженно Галеаццо.

— Ничего, извините меня. Я смеялся над вашей шуткой, — ответил книготорговец.

— Какой шуткой?

— Ну, этой, про вас и Маршаля, режиссера.

— Это не шутка.

— Конечно нет, но…

— Мы близкие друзья. Он ценит меня и мои книги.

Монтекристо знал, что нужно было бы просто пропустить это мимо ушей, но не смог удержаться, чему способствовали четыре бокала шампанского, которые он осушил, чтобы вытерпеть эти скучные формальности. К ним нужно прибавить три бокала бордо О-Медок, которые он вылакал, чтобы пережить ужин. Четыре, по правде говоря, потому, что он опустошил и бокал Карузо, от которого тот отпил всего треть.