Книга Последний круиз писателя, страница 50 – Пьерджорджо Пуликси

— Потому что под этой циничной маской скрывается добрый человек, который привязался к нам. Он пришел из уважения к тебе, Камилла.

— Однако! — воскликнула Жиза.

— Итак? Что скажете? — обратился к ним Марцио.

Трое любителей детективов обменялись взглядами, затем вдова ответила за всех:

— Почему бы и нет? Кроме всего прочего, он очень хорош собой и холост, не так ли?

В ответ на этот очень интересный вопрос Монтекристо, брат Раймондо и Жиза расхохотались, сбрасывая напряжение, копившееся до этого момента.

Человек бесшумно переступил порог библиотеки и сразу был окутан густым ароматом старинной бумаги и пчелиного воска. Воздух пах старым деревом, остановившимся временем, но сильнее всего — вирджинским табаком марки «Кэпстан», фирменным знаком Аристида Галеаццо. Вошедшему хорошо был знаком этот аромат с нотками сухого сена, меда и черствого хлеба, с привкусом влаги, напоминавшим запах травы, покрытой росой.

Комната была настоящим храмом письменности. Вдоль стен располагались деревянные шкафы, полные книжных томов в изысканных переплетах. Доминантой этой сцены являлся массивный письменный стол, стоявший в центре зала.

Человек неподвижно застыл, выжидая.

Аристид сидел, склонившись над столом, и не слышал вошедшего, полностью погруженный в свои мысли и охваченный ночным вдохновением. Перьевой ручкой «Паркер» он писал в своем неизменном блокноте с черной кожаной обложкой, а рядом лежала старинная трубка, откуда тянулась струйка голубоватого дыма, который терялся среди теней, отбрасываемых масляными лампами. Дрожащие огоньки рисовали нечеткие фигуры на персидских коврах и на темных паркетных досках.

На мгновение незваный гость задумался, насколько легко было бы убить его в этот самый момент. Быстрый удар в затылок или острый нож между лопаток. Аристид никогда не узнал бы, кто именно отправил его в мир иной. Он бы даже не успел понять, что его жизнь окончена.

Это была всего лишь мысль. Ничего более. Он откашлялся.

Галеаццо вздрогнул от неожиданности, перьевая ручка выскользнула у него из рук и оставила на листе чернильную кляксу. Он резко обернулся, сердце его, казалось, перестало биться.

— Извини, я не хотел тебя напугать, — произнес мужчина тихим, почти примирительным голосом. — Ты был так увлечен, что не услышал, как я вошел.

Аристид помедлил дольше необходимого, прежде чем ответить. Его глаза, прикрытые в момент сосредоточенности, сейчас выдавали вспышку раздражения.

— Клаудио? — прошептал он наконец, снова взяв ручку. — Почему ты до сих пор на ногах?

Клаудио Криппа медленно приблизился к нему, изучая выражение лица автора детективов. Он не мог сказать правду. Не мог признаться, что его послали на разведку, чтобы он разнюхал истинные намерения своего начальника.

— Мне было не уснуть… — соврал он настолько естественно, что сам удивился. — Я не люблю море, и лодки тоже не люблю.

Аристид слегка наклонил голову, глядя на него все еще несколько напряженно.

— А мне, наоборот, они очень нравятся. Напоминают о Сименоне. О его жизни. О его истории…

Клаудио кивнул. Он не знал, было ли это лирическим отступлением или способом взвесить его слова.

— Могу я присесть? — спросил он.

И снова неуловимое мгновение колебания. Аристид ответил не сразу.

— Конечно — сказал он наконец, сделав едва заметный приглашающий жест. — Располагайся.