Книга Последний круиз писателя, страница 53 – Пьерджорджо Пуликси

— Когда вернешься из круиза, пойдем к нотариусу и все четко пропишем, хорошо?

— Хорошо. Кстати, насчет круиза: я попросил Жизу помогать тебе в магазине.

— Жизу? Зачем? В магазине было недостаточно черного цвета? — спросила девушка.

— Скажи одну вещь: партнеры могут на равных посылать друг друга в зад, верно? Меня больше не смогут обвинить в моббинге?^[30]

— Мне будет интересно поработать с Жизой. Тем более что она гораздо лучше меня разбирается в детективах.

— Мне стоит беспокоиться?

— В каком смысле?

— В смысле, когда вернусь, не окажется ли, что магазин резко сменил курс в сторону ярко-розового?

— Очень может быть, — пошутила она.

— Хорошенькое дело…

— Будь спокоен. Я уверена, что для «Черных котов» наступает новая эра. Лучше смотри не натвори дел там, на этом корабле.

Марцио провел рукой по своим спутанным волосам.

— Я настолько невезучий, что, как только я поднимусь на борт, кто-нибудь умрет. Гарантирую.

— Прекрати. Вот увидишь, наоборот, тебе будет весело.

— Конечно. Прямо до смерти.

Официантка вернулась с бокалами шампанского. Марцио и Патрисия подняли их, чтобы выпить за успех созданной ими компании.

Он ждал ее в заведении, которое жители Кальяри с любовью называли «Швейцарским кафе». Оно открылось всего несколько месяцев назад после капитального ремонта. Из рекламного проспекта, который читал Аристид, следовало, что речь идет об элегантном заведении, открытом в конце девятнадцатого века на первом этаже исторического здания Палаццо Аккардо, на углу Ларго Карло Феличе и Виа Криспи, в нескольких десятках метров от порта. Едва переступив порог, Аристид почувствовал, что попал в изысканный венский салон позапрошлого столетия. Из окна он видел жакаранды у бара и неторопливо идущих, как всегда по утрам, людей. Он занял столик, откуда мог наблюдать за главным входом в надежде, что Марина сдержит свое обещание.

Он заказал двойной эспрессо и теперь потягивал его, наслаждаясь свинговыми нотами мелодии Someday Sweetheart группы Charleston Chasers, игравшей в двадцатых годах прошлого века.

Когда десять минут спустя Марина Бентивольо появилась в кафе, оглядываясь в поисках писателя, его сердце пропустило удар. Он встал, и она направилась ему навстречу, а затем обняла.

— Ты один? — спросила женщина, глядя на него с любопытством и тревогой одновременно.

— Да-да. Остальная часть группы уже на корабле. Нам разрешили подняться на борт на несколько дней раньше, чтобы мы могли обустроиться и убедиться, что все идет как надо. Сегодняшнюю ночь я провел там. Это очень впечатляющий опыт. Уверен, тебе понравится.

Аристид учтиво помог ей снять элегантное пальто, затем они сели, все еще не веря в то, что сидят здесь, за этим столиком, в этот самый момент.

— Значит, ты действительно решился на это безумие, — сказала она, касаясь его руки с невинной лаской.

— То же самое я могу сказать о тебе, — заметил Галеаццо.

— Я не могла тебя разочаровать.

— Спасибо огромное. Ты даже не представляешь, как много это значит для меня.

— Как продвигается книга?

Аристид вскинул брови и открыл изящный замшевый кисет. Он достал трубку и увлажнитель табака в жестяной коробке. Набивал трубку он молча, словно взвешивая вопрос возлюбленной.

— Слушай, я не хочу показаться ни эгоцентриком, ни мегаломаном, но я считаю, что этот роман — лучший из всех, что я до сих пор написал. Возможно, потому, что я набрался смелости покончить с Брицци. Наверное, это и дало мне больше поэтического вдохновения.