Книга Последний круиз писателя, страница 45 – Пьерджорджо Пуликси

— Ты ел? Если хочешь, я скажу, чтобы для тебя накрыли. Ты еще успеваешь, — сказала женщина, протягивая ему бокал.

— Нет, спасибо. Аппетит пропал.

— Для медика эта фраза звучит странно.

Монтекристо улыбнулся и звякнул своим бокалом о ее бокал.

— Оно отравлено? Ты туда что-то подмешала, чтобы одурманить меня и поместить раньше времени в эту золотую клетку?

— Ты что, дурак? Совсем наоборот. Это «Ченту и 7» из поместья Ченту и Прузу, из Пердасдефогу. В Каннонау содержатся полифенолы, натуральные антиоксиданты. Это эликсир долголетия.

Марцио кивнул. Городок Пердасдефогу в субрегионе Ольястра мог похвастаться самым большим во всей Сардинии количеством жителей, перешагнувших столетний рубеж.

— А, я понял. Значит, наоборот, хочешь, чтобы я оставался в этой пустынной мрачной долине как можно дольше? Ты хочешь продлить мои мучения на веки вечные?

Клаудия проигнорировала его, как это делало большинство женщин в его жизни. Она покрутила бокал между пальцами, оценивая красные полукружья вина на стекле.

— Это вино сорта каннонау из пятидесятилетних виноградников, выращенных по системе формирования лоз со шпорным кордоном на сланцевых почвах на высоте почти семьсот метров над уровнем моря. — Она сделала глоток. — Ручной сбор, винификация с контролем температуры, делестаж и мягкий отжим, выдержка в цистернах из нержавеющей стали и затем выдержка в бутылках.

Марцио обнаружил, что Клаудия была не только неутомимым медиком, но и утонченным сомелье. Она описывала вина с той же увлеченностью, с какой синьор Скалабрини, пожилой бывший участник клуба любителей детективов, рассказывал им об этикетках бутылок, которые он приносил на их встречи по вторникам. Этого вечернего обычая ему теперь недоставало, а сейчас на несколько мгновений благодаря Клаудии он смог представить, что старик никуда не пропал.

Он пригубил вино. Рот наполнился нотками средиземноморских кустарников и красных фруктов, словно он стоял против ветра на известняковом холме в Ольястрe.

— Ух, вкусно! — прокомментировал он. Он внимательно посмотрел на нее, наклонив голову. — Хотя, конечно, странно видеть, как ты декантируешь вино с клоунской раскраской на лице.

Клаудия засмеялась.

— У нас было групповое занятие. Я не успела снять макияж.

— Оставь. Тебе идет.

— Как ты всегда говоришь? Да иди ты в…

— Сжалься надо мной, — перебил он ее. — У меня был отвратительный день.

Клаудия подняла бровь, и ее всегда ласковые глаза потемнели.

Марцио мгновенно понял, что плохие новости еще не закончились. Он уставился в бокал, опустошил его двумя глотками и протянул ей.

— Дай мне выпить еще немного, прежде чем добить меня.

В вечерней тишине они молча потягивали каннонау, в то время как закат угасал, уступая место ночи, опускавшейся на землю, словно занавес.

— Я готов, — вздохнул книготорговец.

— Нунция полностью и необратимо утрачивает коммуникативные способности, — начала доктор. — Теперь общение в основном невербальное. Понимает она тоже с большим трудом. Она больше не узнаёт место, где находится, и это вызывает у нее тревогу, которую усугубляют другие проблемы со здоровьем, не относящиеся к болезни Альцгеймера, такие как тахикардия, к примеру. Снижение когнитивных функций сопровождается резким ухудшением физического состояния. Она теряет подвижность, и, откровенно говоря, у нее полное недержание мочи. В связи с этими проблемами увеличивается необходимость в постоянном уходе и риск вторичных осложнений, таких как респираторные инфекции и пролежни.