Онлайн книга «Гений столичного сыска»
|
В тысяча восемьсот девяносто третьем году Панкратий Федорович, передав в управление солодовенный завод и всю виноторговлю своему сыну от первой жены Михаилу, с тремя другими сыновьями от второй жены открывает Торговый дом Панкратия Морозова с сыновьями. В договоре-уставе указывалось, что Торговый дом Морозовых учрежден «для торговли в городе Рязани всеми товарами, дозволенными купцам Второй гильдии, и для содержания гостиниц, трактиров и всякого рода складов». Через год купец второй гильдии Панкратий Морозов отдал богу душу, почти всеми его делами стали заведовать три его сына от второго брака: Дмитрий, Николай и Сергей. А унаследовать им было чего. Составными частями торгового дома были: гостиница «Олимпия» с ресторацией в собственном доме Морозовых на улице Соборной. В самом начале двадцатого века при гостинице появился первый в городе электротеатр, заведение модное, собирающее на кинопросмотры всю рязанскую молодежь. Немалой частью Торгового дома братьев Морозовых, уже потомственных почетных граждан, были аптекарский и парфюмерный магазины на той же Соборной улице, а также палатки с пряностями, церковными, фотографическими и дорожными принадлежностями. В состав торгового дома входила техническая контора с мастерскими. Наипервейшим делом этой конторы стало устройство водопровода и канализации, что для города давно было необходимо и являлось несомненным благом. А еще Морозовы сдавали в аренду дома, им принадлежащие, что тоже приносило немалый доход. Только солодовенный завод, и вся винная торговля, и винный склад оставались в руках их старшего единокровного брата Михаила. Именно к нему первому и наведался судебный следователь по особо важным делам Иван Федорович Воловцов. Михаилу Панкратьевичу было слегка за пятьдесят. Проживал он с семьей на улице Николодворянской в бывшем доме вице-губернатора Салтыкова-Щедрина, купленном у города отцом Михаила лет тридцать назад. Когда Иван Федорович представился Морозову, тот вскинул голову и произнес: — А ведь мы с вами знакомы, господин Воловцов. Пересекались семь… нет, восемь лет назад, когда вы вели дознание по делу о злоупотреблениях председателя попечительского совета Ремесленного училища для мальчиков из бедных семей и сирот, содержащегося на средства Городского банка Сергея Живаго. — Верно! – вспомнил знакомство Иван Федорович. – Вы тогда были гласным Городской думы и отвечали за устройство и функционирование городских благотворительных заведений… — …и больниц, – добавил Морозов. — Да, и больниц, – произнес вслед за купцом и потомственным почетным гражданином судебный следователь по особо важным делам. — Что вас привело ко мне, позвольте вас спросить? – поинтересовался Михаил Панкратьевич, предложив Воловцову присесть и усаживаясь напротив. – Вы, я слышал, теперь служите в Белокаменной? — Да, – ответил Иван Федорович и тотчас перешел к делу, приведшему его к старшему из братьев Морозовых: – Я хотел бы расспросить вас о бывшем вашем служащем Колобове Иване Александровиче. Он служил у вас на винном складе учетчиком. Помните такого? — Конечно, помню, – немного помрачнел Михаил Панкратьевич. – А это как-то связано с делом генеральши Безобразовой? — Почему вы так думаете? – Иван Федорович поднял глаза на Морозова. |