Книга Казанский мститель, страница 37 – Евгений Сухов

— Это с какого такого резону я тебе что-то обязан? — скривился в ехидной щербатой улыбке занятный мужичок, ничуть не страшась ни чина Ивана Воловцова, ни должности. На его морщинистом лбу крупными буквами было написано, что повидал он на своем веку немало, чтобы страшиться почтенных должностей и больших чинов. Вполне может быть, что занятный мужичок точно так себя вел бы, будь перед ним статский или даже военный генерал…

— А с такого, что вы проходите свидетелем по трем уголовным делам, — стараясь говорить мягко и спокойно, произнес Воловцов, быстро справившись с вспыхнувшей было обидой.

— Ничо я никуда не прохожу и ничего такого не видел, — заявил Степан и поерзал на стуле.

— А свидетель не только тот, кто что-нибудь видел. Но и тот, кто что-то слышал или знает чего по делу, — наставительно и строго промолвил судебный следователь и добавил: — Человек в статусе свидетеля просто обязан отвечать на вопросы следственных органов. Иначе он понесет наказание вплоть до уголовного. Вы что, затрудняетесь выбрать одно из двух: идти в тюрьму или ответить на мои вопросы? — вполне резонно поинтересовался Воловцов.

— Так а я ничего и не знаю, — отозвался Степан и снова поерзал на стуле.

— Это не вам решать, а мне, — деревянным голосом произнес Иван Федорович и сдвинул брови к переносице: — Давно странствуете?

— Давненько, — последовал неопределенный ответ.

— Насколько «давненько»? — Воловцов решил непременно добиваться точных и обстоятельных ответов на свои вопросы, чтобы перестать чувствовать себя ущемленным.

— Да лет двадцать, — немного подумав, ответил Степан. — Может, чуток поболе. Как-то не думал о том.

— И где бывали, что видели? — с показным интересом спросил судебный следователь.

— На Валааме был. В Псково-Печорской лавре к раке со святыми мощами Ионы Печорского прикасался, — начал вещать Степан голосом, лишенным всякого выражения. — В Саровской пустыни в подземную церковь спускался и сорокасаженную колокольню с главой и крестом, червонным золотом позолоченными, воочию зрил. Еще…

— А как к заволжским старцам вас занесло? — не пожелал судебный следователь Воловцов выслушивать в полном объеме перечисление всех мест, что посетил хожалый странник.

— Когда пустынь Саровскую посещал, то прослышал, что в Заволжье старцы в пещерах живут и много чего наперед знают и ведают. Сказывали, что у них книги старинные есть, в коих все, что было и будет, прописано. Вот и захотелось на старцев тех и на эти книги взглянуть, — просто ответил Степан и бросил короткий взор на Ивана Федоровича. Воловцов скорый взор заприметил и понял, что подошел в своих вопросах к главному.

— Ну и что, взглянули? — спросил судебный следователь.

— Взглянул, — последовал ответ.

— На книги или на старцев? — задал уточняющий вопрос Иван Федорович.

— И на книги тоже…

— И что в них такого особенного понаписано? — с заметной долей иронии поинтересовался Воловцов.

— А больно мудрено писано, и буквы в них непонятные, — ответил Степан и добавил с сожалением: — Я и не понял ничего.

— Значит, книги эти старцы вам показали, — заключил Иван Федорович.

— Ага, показали, — изрек странник.

— И так вот они всякому, кто ни попросит, сии книги кажут, да? — Ирония в словах судебного следователя никуда не исчезла.