Книга Внезапная смерть, страница 117 – Дэвид Розенфелт

— Лори ушла, и мне так больно, что иногда мне кажется, что я не могу дышать. Но не об этом я хочу говорить.

Она смеётся.

— Конечно, нет. С чего бы?

Она знакома с делом, поскольку давала показания, но я рассказываю ей всё, что только что узнал о Терри Поллард и Кенни Шиллинге, часто останавливаясь, чтобы ответить на её вопросы. Наконец я говорю:

— Я знаю, что тебе трудно судить о людях на расстоянии, но если ты можешь хоть как-то просветить меня, я буду признателен.

— Что ж, — говорит она. — Если предположить, что Терри — убийца, мы можем также предположить две другие вещи. Первое: она ужасно нестабильна, попросту говоря — чокнутая. Такие люди лишь флиртуют с рациональностью, и не всегда полезно пытаться предсказывать их действия, используя логику. Второе: она восприняла пакт, который те молодые люди заключили в те выходные, очень серьёзно, возможно, даже серьёзнее, чем её муж. Когда с ним случилась авария, она подумала, что может положиться на этот пакт, что остальные поддержат её мужа, а через него и её, так, как они обещали. Когда они этого не сделали, она отомстила. Возможно, она вымещала на них свой гнев на мужа за то, что он подвёл её.

— Но зачем совершать все остальные убийства втайне, а убийство Престона — так публично? И зачем подставлять Кенни? Почему не убить его тоже?

— Думаю, она считала, что Кенни заслуживает особого рода гибели, особого рода пытки по сравнению с остальными. Он любил её, по крайней мере физически, а затем бросил её и её ребёнка. К тому же он добился ошеломляющего успеха в НФЛ, что в её глазах делало его самым виновным в невыполнении обещаний.

— Но он оказывал поддержку, — говорю я. — Он устроил так, чтобы её муж был трудоустроен, и давал ей деньги на воспитание ребёнка.

Карлотта качает головой.

— Недостаточно. В её глазах — далеко не достаточно. Она хотела быть замужем за звездой, а вместо этого, как ей казалось, жила с калекой.

— Почему сейчас? Почему она ждала, а потом решила напасть на Кенни именно сейчас?

Она пожимает плечами.

— Это выходит за пределы моей компетенции. Что-нибудь значительное произошло в футбольной карьере Кенни недавно? Какое-то особенное достижение?

Вот оно — я не могу поверить, что не заметил этого раньше.

— Он только что подписал контракт на четырнадцать миллионов долларов на три года плюс бонусы.

Она улыбается.

— Возможно, это довольно значительно, вам не кажется?

Я киваю.

— Что она, скорее всего, сделает дальше?

— Трудно сказать. Она может продолжить попытки отомстить Кенни, и это желание может усилиться из-за смерти её мужа, даже если она сама его убила. Или она может попытаться завоевать его, в ошибочном представлении, что её муж стоял между ними. Она может думать, что теперь Кенни полюбит её и они вместе уедут в закат. В одном ты можешь быть уверен: она что-то сделает. Это не закончится здесь.

На этой зловещей ноте я еду в полицейский участок на встречу с Питом Стэнтоном. Он очень хороший друг Лори, и я вынужден сопротивляться сильному искушению спросить, слышал ли он что-нибудь от неё. Вместо этого я пересказываю сагу о Терри Поллард.

Поскольку он хороший полицейский, его первая реакция — скептицизм: могла ли такая, как Терри Поллард, провернуть все эти убийства?

— Подумай об этом, — говорю я. — Большинство из них были сердечными приступами, и я готов поспорить, что она использовала калий или что-то подобное. Будучи медсестрой, у неё был даже больший доступ к нему, чем у Бобби. Что касается других смертей, Кенни сказал мне, что она выросла в Кентукки и в детстве ходила на охоту с отцом, так что она умела обращаться с винтовкой. А наезд со смертельным исходом — это может сделать каждый.