Онлайн книга «Дом кости и дождя»
|
Я вернул телефон на пол и уставился на книжные полки на стене рядом с кроватью. Полки были дешевые, черные, я купил их по тридцать баксов и сам собрал, когда моя мать вымотала мне все кишки, сетуя на то, что книги у меня стоят стопками у стены. Она умела так произносить слово «животное», что в нем возникали разные смыслы, о которых я и не подозревал раньше. Оно вклинивалось в твои мозги, ты начинал чувствовать себя грязным и бесполезным. Большая часть полок стала прогибаться, еще не будучи заполненными до конца. Тут был сплошной разнобой – детективы таких авторов, как Джим Томпсон, несколько старых романов, купленных еще отцом, и множество ужастиков в мягкой обложке таких писателей, как Ричард Лаймон, Стивен Кинг и Бентли Литтл. В середине третьей полки я оставил пустое место, чтобы разместить там маленький алтарь. Бабушка помогла мне сделать его. Алтарь включал ладанку, фотографии бабушки и дедушки, маленькую статуэтку Санта-Муэрте [39], купленную для меня Наталией в магазине, куда часто заходила ее мать, и статуэтку Сан-Лазаро [40], которая стояла на ночном столике моей бабушки до самого дня ее смерти. Я не был слишком религиозным или, по крайней мере, таким религиозным, как Бимбо с его ожерельями, молитвами и свечами, но как и все другие дети, росшие среди хаоса Карибских островов, я верил, что есть силы, которые могут помочь тебе или помочь уничтожить тебя. Я молился Богу, Санта-Муэрте, моему отцу и всем святым и Оришам, которые оказывались поблизости и слушали: «Пожалуйста, пусть эта срань закончится хорошо». Я вернулся на кухню допить кофе. Моя мать все еще не уходила оттуда, слушала новости и выводила какие-то каракули на оторванном куске желтой бумаги. Она собиралась в магазин, пока не началась Мария. Как только в новостях объявили, что приближается ураган, все побежали по магазинам, и полки в бакалеях острова приобрели такой вид, будто их посетили зомби. Моя мать ненавидела это и предпочитала приходить туда как можно раньше. Возвращалась она с консервными банками, батарейками и бутилированной водой. Я не сомневался, что ее заботливость, ее беспокойство как-то связаны со смертью отца. — Hijo, voy a comprar agua y eso. Te veo luego[41], – сказала она, потом подошла, поцеловала меня в затылок, взяла ключи и вышла. Я выключил телевизор, допил кофе, размышляя о том, какой вкус на губах Наталии остается после выпитого кофе, потом принял душ в надежде, что горячая вода смоет воспоминания о вчерашнем вечере. После душа я вернулся в кровать и включил мой маленький телевизор. План состоял в том, чтобы посмотреть что-нибудь и убить время перед встречей в Старом городе, но я заснул, а проснулся от звука звонка. Я думал, это Наталия, но опять ошибся. Она, вероятно, все еще была на занятиях. На экране высветилось имя Таво. Я ответил, уверенный, что он попросит подвезти его сегодня вечером. — Гейб, – сказал он. Что-то в его голосе было такое, отчего все призраки сна поспешили прочь, а сам я сел и крепче ухватил телефон. — У тебя все в порядке, чувак? – спросил я. – Тебя подвезти сегодня вечерком? — Нет, – сказал Таво. – Слушай, что я скажу, чувак. Они… они убили Хавьера. |