Книга Предел терпения, страница 71 – Челси Бикер

Мне нелегко, но другого варианта нет. Поэтому начну с того, что скажу: мне жаль. Прости меня за все, но больше всего за мой внезапный уход. Ты этого не заслуживал. Надеюсь, ты поверишь, что у меня были на то серьезные причины. Очень приятно видеть твои снимки после стольких лет. Похоже, у тебя все хорошо. Поздравляю с успешным бизнесом. И у тебя есть дочь, верно? Красавица.

Я пишу потому, что недавно моя мать связалась со мной из тюрьмы. Как она пишет, адвокат сообщила ей, что я жива, и дала мой адрес. Мать хочет повторного судебного разбирательства. Хочет моей помощи. Я никогда никому не рассказывала о своей жизни, кроме тебя, и просто обязана спросить: ты в этом как-то замешан? Ты навещал ее? И если да, то зачем? Ты хочешь испортить мне жизнь? Я годами тяжко трудилась, чтобы пересоздать себя и построить здоровые отношения. Найти человека, незнакомого с моими драмами и психологическими травмами, который не станет воспринимать меня через призму случившейся трагедии. Тут ты оказался прав, это было моей постоянной второй работой; но я помню, как ты считал неразумным, что я не искала способа передать матери весточку о себе, не пыталась с ней увидеться. Ты решил, что я потеряла надежду добиться правды, и поэтому измыслил дурацкий воображаемый мир, в котором моя мать станет свободной и счастливой, а мы воссоединимся. Но что ты знал тогда о насилии и о том, как разрушительно оно влияет на мозг? Ничего. Вероятно, и сейчас не знаешь. Ты думал, что правда восторжествует, стоит только мне вмешаться, но я-то понимаю, что этому не бывать. Мне бы очень хотелось думать, что ты тут ни при чем. Но если это сделал ты, мне нужно знать. А если не делал, тем более.

Утром муж поспешно вытолкал меня из дома, предлагая отправиться в «Дары земли».

— У нас заканчиваются продукты, – заявил он, но мы оба знали, что благодаря моей компульсивной привычке у нас редко хоть что-нибудь заканчивалось. Лжецом он был никудышным. Да и зачем ему было лгать, когда мир создан для таких, как он? Я бы никогда не достигла сегодняшних высот, если бы Кристина не преподала мне продвинутый курс лжи. Я училась, наблюдая за тем, как она добивалась для Селин приема у специалистов, запись к которым была забита на два года вперед, как вела переговоры, выворачивая правду наизнанку, создавая истину из фикции, чтобы получить необходимое, и получить быстро. По словам Кристины, чтобы к нам, женщинам, относились серьезно, надо рассказывать людям ту историю, которую они хотят, а точнее, ожидают услышать. И самое главное: нужно верить в то, что говоришь.

В начале отношений с мужем я верила в собственную ложь. К тому моменту, как я с ним познакомилась, Клов стала для меня реальной полноценной личностью, стойким ребенком трагически погибших родителей, постоянно растущей над собой и самосовершенствующейся взрослой девушкой. Никаких наркотиков, ранний отход ко сну, утренние пробежки и вечерняя йога, медитация, натуральная пища. Изнурительные смены в продуктовом магазине не оставляли места преследующему меня кошмару о том, как я тону посреди океана на глазах у ухмыляющегося отца, в голове было место только для кодов товаров: фенхель свежий – 10223, кочанный радичио – 10557. Потом, выйдя замуж и уволясь из гастронома, я забивала себе голову неумеренным потреблением в преддверии материнства, списками вещей, которые нужно купить: назальный аспиратор, постелька для младенца, бальзам для всего, от сосков до губ, – прокладывая путь для прибытия нового человека, похожего на меня, только лучше, потому что он не будет знать ни тебя, ни моего отца.