Книга Браслет княгини Гагариной, страница 101 – Ольга Баскова

— Знаете, где находится его дача? — спросил Лещев, но не получил положительного ответа. Галина Петровна смущенно потупилась.

— Вот чего не знаю, того не знаю. Она о нем почти не рассказывала. Так, в двух словах.

Виктор бросил на коллегу выразительный взгляд, как бы говоря: найдем.

— Как вы себя чувствуете? — Винниченко ожидал, что соседка начнет ахать и охать, но Галина Петровна неожиданно приободрилась:

— Лучше мне. Хотите, чтобы я прошла в квартиру Кати и посмотрела, что пропало?

— Точно! — восхитился следователь. — Сможете?

— Попробую, — хозяйка с трудом поднялась и схватилась за сердце. — Все равно сильно стучит, проклятое.

Виталик вскочил и предложил ей руку. Галина Петровна оперлась на Лещева и гордо прошествовала на лестничную клетку. У двери Екатерины она остановилась и замерла:

— Скажите, а…

— Ее там нет, — ласково заметил капитан. — Уже унесли.

— Вот и хорошо. — Галина Петровна хотела перекреститься и уже поднесла ко лбу три перста, но по понятным причинам передумала. — Боюсь я убитых.

Милиционеры провели ее в квартиру Марченко, старушка огляделась, покосилась на кровавое пятно на паркете и, оглядевшись по сторонам, выпалила:

— Картин, картин нет. — Скрюченный палец с коротким ногтем показал на стенку напротив окна. — Вот здесь они висели. Художников не запомнила, помню только, что это были подлинники, и очень дорогие. Катя сетовала, дескать, когда деньги понадобятся, можно было бы их продать, да только в нашей стране никто не купит, еще за это и посадят.

— Откуда же у нее такое богатство? — удивился Винниченко. — И где она их раздобыла?

— Вот это мне неведомо, — призналась женщина. — Не делилась она. — Галина Петровна подошла к шкафу и открыла створку. — Драгоценностей тоже нет. Здесь стояла шкатулка, доверху наполненная кольцами, цепочками и браслетами.

Она вдруг заметалась по комнате в поисках потерянных ценностей, и Лещев остановил ее:

— Не нужно. Мы сами.

— Ограбили! — вдруг взвизгнула старушка. — Браслет в шкатулке у нее был, очень дорогой. Она говорила, что когда‐то вещь принадлежала жене декабриста. Наверное, из-за него ее и убили.

— Не только, — не согласился Виктор. — Вы сами сказали, что картины тоже очень ценные.

Галина Петровна горестно вздохнула:

— Браслетом она дорожила больше всего. — Женщина вдруг схватилась за сердце и стала медленно оседать на пол.

— Черт! — процедил Лещев и кинулся ее поднимать. — Скорую, что ли, вызвать?

Они вдвоем перенесли ее на диван, и Винниченко, подойдя к телефону, принялся набирать 03. Галина Петровна неожиданно пришла в себя и подняла руку:

— Не нужно. Отведите меня домой. Там мои лекарства, я справлюсь сама.

— Мы не можем оставить вас в таком состоянии. — Виктор в растерянности стоял над соседкой. Она попыталась подняться:

— Все нормально. Это сердце и нервы. Я выпью лекарство — и все пройдет. Давайте ваш протокол.

Лещев показал ей, где расписаться, осознавая, что не успел все зафиксировать. Впрочем, Галина Петровна не собиралась читать, и он решил заполнить бумаги уже в кабинете.

— Все драгоценности вы не помните? — поинтересовался он на прощанье и услышал ожидаемый ответ:

— Конечно, нет, молодой человек.

Милиционеры почти донесли старушку до квартиры.

— Благодарю вас, — она пожала им руки. — Если понадоблюсь — милости прошу.