Книга Пышка для Дракона: Отпустите меня, Генерал!, страница 30 – Алекса Рид

— Ну, ящерка, давай-ка объяснись. Это правда? Метка?

Он молча расстегнул ворот мундира и отогнул его. На смуглой коже у ключицы лежал точно такой же символ. Фрида ахнула, поднесла руку ко рту.

— Святые угодники… Значит, правда… Ну, этого подлеца Энзо я бы сейчас… — она сделала такой энергичный жест, будто крушила что-то невидимое.

— Но это потом! А сейчас… — она снова набросилась на Рихарда.

— И ты, узнав об этом, сразу набросился на неё с требованием замуж? Рихард Вальтер, у тебя что, вместо мозгов устав прописался?

— Фрида! — он зарычал.

— Не «Фрида» мне! — отрезала она. — Ты слушай сюда! Да, вы истинная пара. Чудо, редкость, всё такое. Но это не даёт тебе права распоряжаться её жизней, как своей казармой! Она только что от одного дракона сбежала, её чуть не убили, а ты тут со своими «поженимся»! Она тебя толком-то знает? Ты её спросил, чего она хочет? Нет! Ну так слушай, ящерка: никакая магия, даже самая древняя и истинная, не даёт права так склонять женщину к браку! Понял?

Она стояла между нами, маленькая, седая фурия, защищающая моё право на выбор. И впервые с момента моего пробуждения я почувствовала, что могу дышать. Рихард смотрел на неё, его челюсть была напряжена, но в глазах, помимо привычного раздражения, читалось и замешательство. Он действительно не понимал, в чём проблема.

— Она в опасности, — сказал он наконец, тихо и твёрдо. — Пока она замужем за ним, пока эта метка на ней… её жизнь под угрозой. Брак — самый простой способ защитить её юридически и… физически.

— Защитить — одно, — не сдавалась Фрида.

— А жениться — совсем другое. Ты защищай. А уж как между вами всё сложится… это время покажет. И метка, милок, — она ткнула пальцем в его грудь, — это не приказ к действию. Это возможность. Дар. А дарами не командуют. Их берегут. Понял?

Он молчал, глядя то на неё, то на меня. Буря в его глазах постепенно утихала, сменяясь тяжёлой, сосредоточенной мыслью. Наконец он кивнул. Один раз. Коротко.

— Хорошо. — Он посмотрел прямо на меня.

— Фрида права. Я… поторопился. Прости. Но моё предложение о помощи с разводом и защите — остаётся в силе. Без каких-либо условий. Это моя обязанность. И… моё желание.

Он развернулся и ушёл в свой кабинет, оставив меня наедине с Фридой, которая тут же обняла меня.

— Ну, вот видишь, — прошептала она. — Бури проходят. И даже самые упрямые драконы могут чему-то научиться. А теперь садись, расскажи всё по порядку. И платье это… очень к лицу, кстати говоря.

И я села, чувствуя, как ледяная скорлупа внутри начинает понемногу таять. Пусть всё было сложно, пугающе и безумно. Но теперь у меня была Фрида.

И, кажется, дракон, который был готов не только требовать, но и учиться. И эта таинственная метка на запястье, которая уже не казалась лишь проклятием, а стала знаком чего-то нового, огромного и пока ещё совершенно непонятного.

Утро выходного дня, это было особое, почти забытое таинство. Я лежала на своей узкой кровати в комнате № 27, укутавшись в одеяло с головой, и наслаждалась. Никакой спешки, никаких генералов, хмурящихся из-под шрама на брови. Только тишина, прерываемая редкими криками с улицы, и сладкая, тягучая лень во всём теле. Можно было просто лежать и смотреть, как пылинки танцуют в узкой полосе света из окна. Или снова уснуть. Рай.