Книга Жгучий перец драконьего лорда, страница 75 – Марина Эльденберт

Лицо короля так и осталось непроницаемым, оставалось только надеяться, что мне все-таки удалось до него достучаться, когда меня поволокли прочь из кабинета. Очевидно в знакомые места, из которых мне однажды уже удалось сбежать. Только я не обманывался насчет того, что получится провернуть этот фокус снова.

— Ваш обед… — начала было служанка, которая пришла ко мне в комнату, но я заявила ей то же самое, что и вчера:

— Несите его обратно.

— Но лорд Гартиан сказал…

— Мне плевать, что сказал лорд Гартиан. — Я сложила руки на груди. — У меня. Голодовка!

Голодовка у меня началась вчера и продолжалась пока успешно. Хотя желудок сопротивлялся: несмотря на стресс, он хотел есть. А я не хотела. И здесь находиться я тоже не хотела. Что ж они за люди-то, то есть драконы такие, ничего нормально решить не могут. Сразу в портал. А поговорить? А обсудить все нормально, в конце концов?

Впрочем, в случае с Гартианом Эрландом у нас нормального разговора не получится, это я поняла, когда узнала, что он намерен посадить своего сына. В кабинете я кинула в него пресс-папье и разбила стеллажи со всеми его наградами. После чего меня отправили в комнату, где успешно заперли до лучших времен. В комнате были запертые магией окна и двери — это я проверила, подергав все ручки. Вот и сейчас, стоило служанке с подносом скрыться, как по двери снова пробежала магическая волна.

— Задница! — прокомментировала я ситуацию и упала обратно на постель.

Впрочем, еще одну попытку разговора Эрланд-старший предпринял перед той самой голодовкой. То есть перед ужином. Явившись ко мне в комнату, Гартиан упирал на то, что я должна свидетельствовать против Нортона: в частности, потому что он притащил меня с Земли вопреки моей воле. Я сказала, что никто вопреки моей воле меня никуда не тащил, я сама сиганула в портал за котом. Тогда он попытался зайти с другой стороны:

— Вы же вряд ли хотите стать соучастницей обвиняемого в столь тяжком преступлении? Поскольку вы теперь знаете, что Нортон совершил убийство королевы…

— А я об этом давно знаю, — хмыкнула я и сложила руки на груди. — Мне герцог Аюилис сказал.

Кажется, мне удалось пробить совершенно непробиваемого отца Нортона, который выдал:

— Вам что, все равно? Все равно, что пострадала невинная девушка, будущая королева? И что вы можете пойти под суд вместе с ним.

— Первое — нет, — сказала я, загибая пальцы, — второе — нет. И третье — об этом я буду говорить только с Нортоном и со своим адвокатом.

У Гартиана кончились аргументы, и он ушел, а я осталась. Правда, перед этим сказала ему, что требую вернуть меня туда, откуда взял, иначе я объявляю голодовку. Но, видимо, на Плионе я была не настолько ценной фигурой, чтобы моя голодовка или хотя бы гастрит в перспективе кого-то впечатлили, поэтому я осталась там, где осталось.

Но ладно хоть сдать Нортона мне больше не предлагали. А вот с ним мне очень хотелось поговорить. Об этой самой Кате, которая теперь королева Катерина. Что у них там было, что у него сейчас там к ней есть… совсем не те вопросы, которые стоит задавать после такой информации, правда? Но мне все равно не верилось в то, что Нортон — хладнокровный отравитель. Уж каким-каким, а хладнокровным его точно назвать было нельзя, вот его отца — да. Там такой вполне натуральный змей, а впрочем… даже змеи на ощупь теплые.