Книга Ненастоящая жена дракона, страница 24 – Майя Фар

Пока ехали до моей земли, я рассказала Густаву и Нинолли, что приходил Иварник и угрожал, предлагая выкупить за тысячу монет аренду, а ещё за тысячу монет – дом.

— Вот же свинья какая! – стал ругаться Густав. – Да ваша земля, да даже в таком состоянии с такой-то арендой, не меньше десяти тысяч монет стоит! А уж дом… Я же сам строил! Такой дом стоит все тридцать пять тысяч! Там же и канализация, и водопровод.

Я сразу же сказала, что никакой горячей воды нет.

— Скорее всего, это староста вам отключил. Выживает, – сказал Густав и после секундной заминки предложил: – Хочешь, я с ним поговорю?

А я испугалась, что из-за меня у Густава и его семьи будут проблемы, и, замотав головой, сказала:

— Да нет, пока не надо.

Подъехав к своим полям, я поняла, что Густав имел в виду, говоря, что они не в лучшем состоянии. По сравнению с полями Густава казалось, что пшеница недозрелая, а зелёное поле чуть дальше явно нуждалось в дополнительном поливе.

Густав опустился на корточки и возле моих полей.

Но не успел ничего сделать, как из-за поворота, за которым начинался небольшой лесок, верхом на лошадях выехали четверо, и впереди был староста.

И у меня создалось впечатление, что они либо здесь постоянно ошиваются, либо они знали, что мы едем сюда.

— Так, так, и кто это у нас здесь? – произнёс староста.

Я пока молчала, несколько малодушно понадеявшись на Густава.

— Доброго дня, Иварник, – спокойно произнёс Густав.

Но староста, видимо, не отличался особенным воспитанием, поэтому взаимно здороваться не стал.

— А что ты тут делаешь? – на мой взгляд, несколько грубо спросил он Густава.

— Новой хозяйке помогаю, – с достоинством ответил Густав.

Иварник соизволил перевести взгляд на меня.

— Городская, – радостно сказал он, – ты чего, продавать передумала?

Мне пришлось вылезать из-за широкой спины Густава, как бы комфортно там ни было.

— Так я предложения жду, – сказала я, строго взглянула на старосту и его сопровождение и спросила:

— А вы что тут делаете?

Я вот точно не знала, могут ли они находиться на арендуемых другими арендаторами землях, но… Где наша не пропадала?

Мне показалось, что староста от такой моей наглости даже опешил. Только этим я и могу объяснить, что он вдруг начал почти что оправдываться:

— Да мы тут с объездом.

А я решила: наглеть так наглеть. И заявила:

— Всё ли нормально на моей земле, ничего странного не заметили?

Староста даже поперхнулся, но он, видно, был тёртый калач, быстро пришёл в себя и вспомнил, что я вроде как городская, ничего здесь не понимаю и никто сильный за мной не стоит.

— Мы по поручению владетеля осматриваем ту землю, которую будем забирать у неспособных к земледелию арендаторов.

А меня такая злость взяла: что значит неспособных?!

— И кто же эту неспособность будет определять? – не удержав природное ехидство, спросила я.

— Так владетель поручил мне, – ответил староста, обрубив в корне мою надежду.

Я замолчала, а староста, видимо, решив, что я сдалась, добавил:

— Так что подумайте с Марисой над моим предложением.

«Ах ты гад, – тут же мелькнула мысль, – вместе со своим владетелем!»

А вслух сказала:

— Господин Иварник, лучше вы подумайте над своим предложением, потому как пока ничего достойного я от вас не услышала.

И тут он обернулся, посмотрел на своих, потом посмотрел на Густава и сказал как-то зло: