Книга Попаданка в законе, или развод с драконом, страница 37 – Майя Фар

Он обернулся к застывшим в молчании сотрудникам и, улыбнувшись, сказал:

— А вот и ваши оппоненты, дорогие мои. Мистер Мердок и его прекрасная помощница, госпожа Камински, будут вести это дело со стороны подзащитной.

Мой супруг вздрогнул – два раза. Первый раз – когда мистер Форгейт назвал меня прекрасной, а второй раз – когда услышал имя моего отца.

Конфета у меня во рту почти растаяла, и теперь я думала, что сказать, если вдруг муж что‑нибудь выскажет. Но на удивление ничего не прозвучало, кроме официальных приветствий.

После чего мистер Мердок заторопился, и мы, получив пропуска на посещение тюремного здания, вышли из кабинета, оставив там мистера Форгейта и его сотрудников.

По пути к тюрьме мистер Мердок спросил меня, не будет ли проблемой, что в деле со стороны обвинения участвует мой супруг.

— Нет, – поспешила сказать я, – вообще не проблема.

Но я не стала уточнять, что не только мой супруг в деле, но ещё и его любовница. И подумала, что очень удачно начинаются каникулы у детей, и надо бы срочно отправить их вместе со свекровью к папе в гости.

Я бы ещё и рыбок отдала, но пока у меня нет лишних средств платить за их транспортировку, поэтому продолжала их кормить; почему-то мне казалось, что они мне ещё пригодятся.

* * *

Девушка, Илианна Моне, которую обвиняли в убийстве Рихарда Рюгенхарда, мне понравилась. Несмотря на обстоятельства, она сохраняла спокойствие и в целом вела себя очень достойно. Хотя по бледному лицу и изящным подрагивающим пальцам было понятно, что это спокойствие даётся ей непросто.

Нас с мистером Мердоком очень быстро пропустили: похоже, выданный нам пропуск имел особую «пропускную способность». И даже выделили нам для допроса обвиняемой отдельное помещение.

Мистер Мердок сначала задавал довольно стандартные вопросы, и мне показалось, что это техника, которая используется при проведении интервью через детектор лжи. Вопросы о возрасте, семье, учёбе, привычках, далее – неожиданный вопрос о близких отношениях с Рихардом Рюгенхардом, потом – извинение и снова простые вопросы.

Девушка рассказала, что с отличием окончила школу секретарей и, получив эту работу, была на седьмом небе от счастья. Это была большая удача, потому что платили в два раза больше, чем в любом другом месте, да и людей в отделе секретарей было больше, а это значит, что всегда можно было рассчитывать на взаимопомощь, что немаловажно для начинающего карьеру специалиста.

Начальница отдела секретарей, госпожа Мюррей, приняла девушку хорошо, с ней вообще было очень удобно работать: к своим сотрудницам она относилась по-матерински, просто так никого не обижала, всегда помогала.

Я подумала, что дама, о которой идёт речь, какая-то святая просто.

Мистер Мердок зачем-то спросил, были ли у госпожи Мюррей дети.

Илианна пожала плечами, сказав, что не успела ничего узнать о личной жизни начальницы.

Мистер Мердок внимательно выслушал рассказ Илианны о том, что за пару дней до убийства из восьми работающих сотрудниц секретариата пятеро ушли в отпуск, включая и госпожу Мюррей.

Мы не удивились, потому что такое бывало, особенно на так называемые дни-мостики (это дни, которые были между праздниками). А как раз были выходные, и на этой неделе планировались ещё два выходных дня: один – в честь Дня королевы, который праздновался каждый последний день первого месяца осени, и один – от руководства концерна, который всегда прибавляли к этому дню.