Книга Попаданка в законе, или развод с драконом, страница 26 – Майя Фар

По пути на портальную станцию я всё-таки уговорила мистера Мердока заглянуть в соседний переулок, в небольшой магазинчик готового платья, к моей случайной знакомой, с которой я встретилась в тот роковой день в своей жизни.

И в этот раз, когда мы остановились около её витрины, всё такой же блестящей и отражающей улицу и всех, кто по ней проходил, я, глядя на себя в отражение, вдруг подумала, что вот эта женщина там выглядит уже по-другому: не так растерянно расплывшись, как чуть больше недели назад.

Но Диана меня узнала. Она вышла, почему-то смутившись, поздоровалась с мистером Мердоком, обняла меня и сказала:

— Ты выглядишь по-другому.

— Я теперь работаю, Диана. Познакомься, это мой начальник – мистер Мердок, он адвокат.

— Приятно познакомиться, – снова смутившись, сказала Диана и, вздохнув, добавила: – К сожалению, у меня нет такого образования. Но я обожаю шить, и это мой магазин, в котором я продаю свои творения.

И что удивительно, обычно невозмутимый мистер Мердок тоже смутился.

Диана пригласила нас на чай, но нам было некогда. В результате, обменявшись с ней обещаниями обязательно встретиться при первой же возможности, мы отправились на портальную станцию.

* * *

Вернувшись домой в хорошем настроении, я приготовила ужин. Ведь мы всегда в одно и то же время ужинали, а после роковой новости, когда я узнала, что муж со мной разводится, я несколько раз позволила себе пропустить ужин не в силах ни приготовить что-либо, ни запихнуть в себя кусочек. Но сейчас жизнь почти наладилась, поэтому стол был накрыт к тому времени, как дети и привыкли.

Дочь спустилась из своей комнаты, свекровь, как всегда, пришла первая, но сегодня она была немногословна: даже не сделала мне никакого замечания, не сказала, что еда невкусная, не сказала, что моя физиономия такая же пресная, как и рагу.

И когда я уже собиралась удивиться, что все едят в полном молчании, в дверь постучали.

Свекровь сразу перевела на меня взгляд:

— Ты кого-то ждёшь? – спросила она тоном прокурора, зачитывающего обвинительную речь.

«Ну конечно, – подумала я, – ведь это же я во всём виновата».

— Нет, – сказала я. – Не жду. Но, мне кажется, я знаю, кто там за дверью.

Дверь пошёл открывать сын, и вскоре из коридора послышалось:

— Папа!

Я подумала, что весьма интересно подействовала наша встреча в столице на супруга.

Фредерик вошёл в гостиную, посмотрел на меня, на детей, на стол. Свекровь радостно вскочила из-за стола, подошла к нему, обняла. Я сидела молча, изо всех сил подавляя в себе желание предложить ему присоединиться или спросить, не голодный ли он.

Но свекровь, видя, что я молчу, сама сказала:

— Я так рада, сынок, что ты пришёл. Присаживайся за стол.

Муж сел, свекровь – тоже, я же не двинулась с места. Свекровь посмотрела удивлённо на меня:

— Матильда, накрой ещё приборы.

Я молчала.

— Пришёл твой супруг, – сообщила мне свекровь.

И я не выдержала, всё же рана моя, которую он мне нанёс предательством, не затянулась.

Я вздохнула и высказала:

— А вот в этом вы ошибаетесь, дорогая мадам. Он уже не мой супруг. И я его не приглашала. И уж если вы его усадили за мой стол, будьте любезны поставить ему тарелку.

Но, конечно, эти препирательства были ни к чему, особенно при детях, и если сын не знал, то ли ему маму поддерживать, то ли радоваться, что папа пришёл, а младшая дочка копировала брата, то старшая дочь, мудрая девочка, встала, поставила приборы и положила ему рагу.