Книга Попаданка в законе, или развод с драконом, страница 21 – Майя Фар

Перед кабинетом господина Гольштинера бы стол, за которым сидел… сидела личная помощница алмазного магната.

Я подумала: «Может, она вундеркинд? Бывает же так, что лет немного, а голова работает лучше всех».

Девушка, сидевшая за столом помощника, была молода, явно моложе мадам Гольштинер, но из той же породы женщин, которые очень красивы, знают об этом и умеют этим пользоваться. Наверное, в возрасте мадам Гольштинер она будет так же хорошо выглядеть, как и супруга господина Гольштинер. И где он их находит?

Ещё одним отличием, помимо возраста, между супругой господина Гольштинера и его помощницей было то, что у помощницы на лице читалось превосходство. Такое бывает, когда вдруг из грязи – и в князи, и очень быстро, когда ещё не успел адаптироваться. Вот у мадам Гольштинер такого выражения не было, она привыкла к тому или родилась с тем, что она имеет больше, чем остальные, и не считала это своим достижением.

Мистер Мердок почему-то попросил меня обождать в приёмной и в кабинет господина Гольштинера пошёл один. И я сначала присела, а потом вдруг до меня дошло: он же не просто так меня здесь оставил – он меня оставил здесь, чтобы я разговорила свидетеля.

И я попросила кофе.

Я попросила кофе. Помощница господина Гольштинера взглянула на меня так, будто я была говорящим горшком, и не двинулась с места. Я, честно говоря, опешила: ну как-то не ожидала. А потом я переформулировала вопрос:

— Простите, пожалуйста, а как в этом прекрасном офисе можно получить чашечку кофе? Наверняка он здесь самый лучший.

Помощница господина Гольштинера поджала губы, отчего вдруг стала похожа лицом на утку. Вот только что сидела красавицей, а с поджатыми губами стала похожа на утку. Чудеса.

— Кофе для гостей этажом ниже, – всё так же неприветливо сказала она.

— А какой кофе пьёт господин Гольштинер? – решила я не сдаваться.

— Господин Гольштинер кофе не пьёт, – получила я в ответ.

И ещё раз убедилась, что господин Гольштинер, если он решил развестись с супругой из-за этой девицы, ох как не прав. Потому что у этой девицы не было того лоска, тех манер, магнетического тембра голоса, который был у мадам Гольштинер, даже тогда, когда она плакала.

— А что пьёт господин Гольштинер? – продолжила я доставать личного помощника алмазного короля.

— П-послушайте, дамочка, – вдруг совершенно базарным голосом сказала мне помощница.

И мне почему-то показалось, что сейчас она продолжит в духе уличных разборок.

Я даже затаила дыхание. Но нет, помощница господина Гольштинера справилась с собой и просто строго сказала:

— Не отвлекайте меня. Я работаю.

Но я была настроена разговорить помощницу господина Гольштинера, которая что-то делала в магическом аналоге компьютера. И я, решив, что полномочий у неё выгнать меня нет, тем более что выгонять меня не за что, спросила:

— Простите, не знаю, как к вам обращаться.

— Можете обращаться ко мне мисс Ритуна.

У меня чуть челюсть не отвалилась.

— Мисри? Мисри? – попыталась я выговорить, но меня заело.

— Ни Мисри, а мисс Ритуна, – уточнила она.

— А, да, простите, – сказала я. – Мисс Ритуна, а водички можно?

Мисс Ритуна не выдержала. Она резко встала, так, что красивое и явно дорогое кресло с крутящимся сиденьем чуть не опрокинулось, и вышла в дверь позади себя. Вернулась оттуда со стаканом воды. Я думаю, что, если бы он не был стеклянным, она бы им в меня бросила. А так просто поставила, стукнув толстым донышком об эмалированную поверхность столика, стоящего рядом с креслом для посетителей.