Книга Ночь с врагом (двухтомник), страница 26 – Кайра Бардо

— Боги... — выдохнул он сорванным голосом, когда она наконец опустилась полностью, приняв его до конца.

Лидия замерла, дав им обоим несколько секунд на то, чтобы насладиться ощущением. Полнота, растяжение, идеальное соединение. Его размер заполнял ее без боли, только с головокружительным удовольствием. Она сжалась вокруг него, и он снова застонал, его руки метнулись к ее бедрам, схватили, сжали.

Для него это был шок, она видела это в его глазах. Он думал, что должен вести, контролировать, доминировать. А теперь лежал под ней, уязвимый, открытый, полностью в ее власти. Но при этом получал невероятное визуальное наслаждение, она видела, как его взгляд скользит по ее телу, задерживается на груди, талии, месте их слияния.

Лидия начала двигаться. Медленно приподнялась, почти до конца выпуская его, потом опустилась снова, приняв полностью. Чувственный, дразнящий ритм. Вверх и вниз, снова и снова, каждое движение размеренное, контролируемое.

Его руки скользили по ее бедрам, поднимались к животу, к груди. Пальцы обхватили упругую плоть, сжали, большие пальцы провели по соскам, и она застонала, прогнулась в спине, подставляясь под его прикосновения.

— Ты... невероятная, — выдохнул Тариэн, его голос дрожал от напряжения. — Я не знал, что можно... так. Что ты можешь быть... такой.

— Ты еще многого не знаешь, — дразнила Лидия, наклоняясь ниже, позволяя растрепавшимся прядям волос коснуться его лица.

Она поймала его губы в поцелуе, не прекращая двигаться на нем. Их языки сплелись, а ее бедра продолжали свой танец. То быстрее, то медленнее. То глубоко, то почти отпуская его.

Лидия выпрямилась, откинув голову назад, позволила себе просто наслаждаться ощущениями. Глубина и наполненность, трение в нужных точках, его руки на ее теле. Она меняла угол, чуть наклоняясь вперед или назад, находя положение, при котором он задевал самые чувствительные места внутри.

Ее тело уже готово было к новой волне наслаждения. Слишком скоро после первого оргазма, но ощущения были невероятно острыми. Она прикрыла глаза, одной рукой сжала собственную грудь, пальцы сдавили сосок, посылая разряд удовольствия прямо к низу живота.

Другая рука скользнула вниз по животу, между ее ног, к месту их соединения. Пальцы нашли чувствительный бугорок, начали массировать круговыми движениями.

Тариэн смотрел на нее, не моргая. Он видел, как она касается себя, как доставляет себе удовольствие, пока он внутри нее, и это зрелище, казалось, лишало его остатков самообладания.

Он больше не мог оставаться пассивным наблюдателем. Что-то сломалось в нем, оборвалась последняя нить контроля. Тариэн зарычал, низко, по-звериному, его пальцы впились в ее бедра до боли.

И он перехватил инициативу.

Все еще лежа под ней, он начал толкаться вверх, навстречу ее движениям. Резко. Глубоко. Жестко. Вбивался в нее с силой, которая заставляла ее вскрикивать при каждом толчке. Забыл о нежности, о заботе, ведомый чистым инстинктом, первобытной потребностью брать, владеть, завоевывать.

Но Лидия кричала, но не от боли, а от восторга. От того, как безупречно он заполнял ее, как глубоко проникал, как жестко двигался. Ее пальцы ускорили движения, а свободная рука упала на его грудь, царапая ногтями влажную кожу.

Ритм стал почти животным. Быстрый, жесткий, без милосердия. Он толкался в нее снизу, она падала навстречу, принимая каждый удар, и их стоны сливались в единую мелодию страсти.