Книга Трактир попаданки "Волшебный кабачок", страница 103 – Натали Берд

Как долго я пролежала в беспамятстве — не знаю, но когда очнулась, вокруг была темнота — густая, мертвая. Ничего не было видно и неслышно.

— Бор! — прохрипела, тут же закашлявшись. Пересохшее горло не позволяло говорить. Губы, затянувшись кровавой коркой, тут же треснули. Я облизала их шершавым языком, чувствуя солоноватый привкус крови во рту.

На мой зов никто не откликнулся. Я с трудом поднялась на ноги, прошлась руками вокруг, на ощупь стараясь понять, в какую сторону мне нужно идти. Оперлась о стену и едва не упала, вываливаясь на улицу. Новая потайная дверь, о которой мне ничего не было известно. Теперь стало понятно, как внутрь проник волк, заманивая добычу как можно ближе к двери, стараясь выманить из дома. Но почему? Зачем так сложно?

Я опустилась на крылечко, подставляя лицо прохладному ветерку, едва не застонав от блаженства. С наслаждением вдыхая чистый ароматный воздух, наполненный вечерней свежестью.

«Пить!» — билась в сознании настойчивая мысль.

С трудом снова поднялась, направляясь к колодцу, у которого всегда стояло ведро, наполненное студеной водой. Как оно набиралось — я не знала, здесь вообще на все был стандартный ответ — магия!

— О-о-о! — простонала, когда наконец-то сделала первый глоток из деревянной кружки, стоявшей тут же, снова припадая губами к живительной влаге.

Я пила и не могла напиться. Глоток за глотком, пока горло не свело судорогой от студеной воды. Но как же хорошо стало!

Наполнив до краев ладонь влагой, я обмыла лицо, подставляя влажную кожу ласковому ветерку, чувствуя, как уходит напряжение и проясняется голова. Прикрыла глаза, пытаясь собрать разбегающиеся в разные стороны мысли.

Вдохнув полной грудью, снова наполнила ладони ледяной водой, брызгая затем ею в лицо, смывая с себя вместе с потом и копотью усталость. С наслаждением привалилась к одному из столбов, на которых была установлена крыша над колодцем. Зажмурившись и ненадолго отключившись от всего вокруг, постояла совсем немного, прислушиваясь к себе, набираясь сил, а затем, решительно оттолкнувшись от колодца, вышла на середину ограды, оглянувшись по сторонам — двор был пуст! Словно и не было здесь никого, никто не жил, не ухаживал за огородом, не садил цветы. Он будто вернулся в то состояние, в котором прибывал, когда мы тут появились с Агатой — затянутый землей дорожный камень, облупившаяся краска на заборе, покосившиеся ажурные ставенки на окнах. Все вернулось в то состояние, с какого началось почти год назад. А кажется, что целая жизнь прошла.

— Что-то здесь не так! — прошептала, выходя за ворота, направляясь к реке. Раз все началось именно там, значит, и закончиться должно в том же месте.

Чем дальше шла, тем четче становились звуки, доносившиеся с берега.

Там шел бой! Нешуточный! Сталь звенела, встречаясь со сталью, грозные крики, рев раздаваемых приказов и странные хлопки, похожие на те, что слышатся, когда ткань на ветру колышется.

Вся эта какофония звуков доносились до меня, пока я медленно брела по пыльной дороге. Пытаясь двигаться быстрее, да только сил не было совсем. Они снова покидали тело, истощенное до предела, но я, сцепив зубы, шла дальше, с трудом, но продвигаясь к заветному берегу.

Оглушающий рев раненого животного будто выдернул меня из полуобморочного состояния.