Книга Яд Империи, страница 28 – Надежда Салтанова

Нина опять встала:

— Нечего мне тебе рассказывать. Мальчик с синюшным лицом, руки и ноги судорогой сведены, на губах пена, так ты, верно, и без меня это знаешь. Кузнец ничего дельного не сказал про него, мать его в горе и слезах. Хочешь доброе дело сделать – дай ей денег, ей еще двоих кормить. И ступай уже.

— Думаешь, цикута? – шепотом спросил Гидисмани.

— Похоже на то, – осторожно ответила Нина, садясь обратно, – яд-то известный. И пена у мальчика на губах была.

— Я цикуту не держу и не продаю. У тебя покупали?

— Да откуда ж?! Цикуты у нас отродясь не было. Законы чту. Да и не использует ее здесь никто для врачевания. Ядами открыто не торгуют, но без иных трав и корений и не вылечить порой. – Аптекарша говорила уверенно, но слова выбирала осторожно. – Ты ж понимаешь, где капля на ноги поставить может, там чаша верную смерть принесет.

— Знаю, знаю. Так ты, Нина, если что выведаешь новое, ко мне приди да расскажи. А то оглянуться не успеем, как претор нас обоих в тюрьму бросит.

— Ты, почтенный, жене указывай, что делать-то. А ко мне сам заходи. Весточку могу послать, если что-то важное разузнаю, а самой мне недосуг с докладами бегать, работы много. – Она снова поднялась со скамьи, выпроваживая гостя.

— Непокладистая ты, Нина. Не к лицу женщине такой строптивой быть. Я ж тебе помочь хочу.

— Спасибо за заботу, Лука. Ступай уже.

Аптекарь степенно встал, подобрал полы богатого плаща и вышел.

Нина же, как завороженная, проводила взглядом край его желтой туники, показавшейся из-под плаща, – с вышитыми птицами по подолу.

Мазь для лечения ожогов

Приготовить настоянное на зверобое масло. Цветы и листья верхние сушеные умять в сосуд, залить прогретым маслом, чтобы покрыть траву. Закрыть и настаивать три дня или пока не поменяет цвет. Смешать с медом в равных мерах. Меру пчелиного воска растопить, вмешать в масло с медом.

Из аптекарских записей Нины Кориари

Не зная, что и думать, ослабевшими руками собрала Нина разложенные травы со стола, заперла сундуки.

Гидисмани – отравитель? Не может быть. Он, конечно, хвастун, и человечишко недобрый, и на Нинину аптеку глаз положил, но губить душу живую он не станет. Однако же желтая туника с птицами вышитыми…

К Никону, может, пойти? А с чем? Велико дело – у Гидисмани туника шелковая. Опять скажет, бабьи разговоры Нина ведет. Но куда идти-то? Василию тоже надо бы поведать, да когда он еще заглянет.

До заката время есть, решила все же поговорить с сикофантом. Но к важным людям без подношения ходить не слишком мудро, поэтому в корзинку легли недавно купленный кувшин вина, запечатанный воском поверх деревянной пробки, да горшочек с медом.

Нина накинула простой черный мафорий, закрыла аптеку на засов и направилась к эпарху, там у стражников спросит, где сикофанта Никона найти.

Аптекарша споро шла по разогретым за день камням, выбирая тень, любуясь изредка на украшенные портики богатых домов. Сторонилась зазывал и открытых лавок, торговых рядов. Не время сейчас на товары отвлекаться. Опасаясь встретить знакомых, низко опускала голову. Приветствовать придется, разговоры вести, а времени мало. Плохо так в суете жить, да только с того несчастного утра нет у Нины никакого покоя.

Нищих и воришек на главной улице встречалось немало. То тут, то там слышался тихий гнусавый зов, просящий подаяния. Дневная жара спадала, улица заполнялась людьми, из таверн доносился шум голосов.