Книга Наследники Вещего Олега. Годы золотой славы, страница 17 – Виктория Воронина

Олег заметил искаженное горем лицо племянника и встревожился. Он окликнул его, но Игорь, словно слепой, прошел, не замечая, мимо него по утрамбованной дороге к княжескому терему. Вещий князь подавил порыв тут же последовать за юношей, и сначала закончил важный разговор со своими сподвижниками. Однако забота все больше омрачала его сердце – никогда Игорь не выглядел таким подавленным, и случилось нечто действительно серьезное, - сын его сестры никогда по пустякам не расстраивался да еще имел обыкновение поднимать шутками дух товарищей-побратимов в трудных обстоятельствах.

Вещий князь прошел в покои Игоря и резко распахнул расписные створки дверей в его одрину. Она была довольно велика и вместительна. Обширная бревенчатая палата уходила вперед, опираясь на мощные, с вызолоченной резьбой столбы, в ее углах таился полумрак. В дальнем конце, там, где на треногах ставили светильники с ароматичными восточными маслами, находилась кровать молодого князя. Игорь неподвижно лежал на ней, бездумно рассматривая потолок.

— Игорь, что случилось? На тебе лица нет, - озабоченно произнес Олег.

Юноша чуть вздрогнул от звука голоса дяди. Ни за что на свете ему не хотелось говорить, какое он только что перенес унижение.

— Ничего не случилось, вуй, устал я. Охота не задалась с самого начала и оказалась неудачной, - прошептал он побелевшими от напряжения губами. Нелегко ему было обманывать своего второго отца, но не желал он признаться в своей постыдной мужской немощи даже самому близкому и родному человеку.

Вещий князь не поверил племяннику. Такое горькое беспросветное отчаяние, которое читалось на лице Игоря, мужчина может испытывать, если его отвергла любимая женщина.

— Кто она? – сурово спросил он.

Игорь вздрогнул во второй раз. Поистине его дядя был вещим волхвом и напрасны всякие попытки скрыть от него правду.

— Главная служительница богини Дивии, - еле слышно проговорил юный князь.

— Так. И чем ты ей не угодил? – напряженно всматриваясь в племянника, спросил Вещий Олег. Он пытался рассмотреть его будущее, и было важно, чтобы Игорь не таился от него.

Игорь рывком сел на кровать и в отчаянии закрыл лицо руками.

— Вуй, позволь мне умолчать об этом. Ты будешь презирать меня, коли узнаешь правду, - простонал он.

— Мальчик мой, ты от рождения обладаешь благородным духом твоего отца Рюрика и не способен совершить постыдный поступок, вызывающий мое презрение, - ласково сказал Вещий Олег. Как никто другой, он был способен понять племянника и разделить его боль как свою. Сам в свое время сполна испил горечь безответной любви, долго не желала Дарина признать его своим мужем. – Откройся мне и ты убедишься, что я не злоупотреблю твоим доверием.

В голосе Олега чувствовалось столько сострадания к племяннику и готовности его понять, что Игорь решился сказать правду, хотя ранее был готов отрезать себе язык, лишь бы не говорить ее.

— Я не мог совокупиться с Дживой… - сын Рюрика так тесно сжал в волнении кулаки, что его ногти глубоко впились в его кожу, но он не замечал производимой им же боли, - душа у него болела гораздо сильнее: - Моя любая ведунья посмотрела на меня с таким презрением, с каким не смотрят даже на последнего раба, и прогнала меня! Эта проклятая немощь преследует меня с отрочества. Матушка время от времени подлечивала своими травами, но полностью не могла избавить от нее мой уд. Встреча с Дживой сотворила чудо – я стал настоящим мужчиной, способным удовлетворить ненасытную в ласках женщину. Но сегодня что-то пошло наперекосяк, словно кто-то накрыл мою Долю черной тенью.