Книга Под мраморным небом, страница 38 – Джон Шорс

— Рад видеть тебя, Джаханара.

Мне хотелось дотронуться до брата, но я не шевельнулась, зная, что иначе прогневлю мужа.

— Я скучала по тебе, – отозвалась я. Раздосадованная тем, что не могу обнять брата, я продолжала барабанить пальцами по седлу. – А где мама?

— Где-то в арьергарде. Она хотела ехать верхом, но отец не позволил. Велел, чтоб она отдыхала в паланкине. Срок у нее уже большой. – Дара хитро подмигнул мне, ибо мы оба знали, что отец по-настоящему ничего не мог потребовать от своей жены.

— Можно с ней повидаться? И с тобой?

Мой брат широко улыбнулся. В сравнении с желтыми зубами Кхондамира зубы Дары казались неестественно белыми.

— Завтра в честь победы отец устраивает камаргах^[15] в верховьях реки. Приезжай туда, проведем день в шатре.

— Вы не будете участвовать в погоне? – Кхондамир не скрывал изумления, потому что камаргах был у нас самым популярным видом охоты.

Дара пожал плечами:

— Убивать загнанных животных для меня не самое любимое занятие.

— Многим воинам, – заметил Кхондамир, – нравится загонять зверя. И мне тоже.

— Вот и охотьтесь. А я тем временем пообщаюсь с вашей очаровательной женой.

Кхондамир хмыкнул так, будто я была уродиной. Дара напрягся. Мой муж и впрямь сейчас оскорбил меня, или ему это только показалось? Я надеялась, что брат заступится за меня, но он попрощался с нами и поспешил занять свое место в колонне рядом со слоном, на котором сидел отец. Армия входила в Агру, и Кхондамир, заметив, что многие вельможи отправились в свои лавки или по домам, развернул своего коня. Я последовала за мужем, с волнением предвкушая встречу с теми, кого я любила.

За ужином я с трудом сдерживала свое возбуждение, и ночью, когда мой муж запихнул в меня свою мерзость, сумела вытеснить его из сознания. После я спала мало, с нетерпением ожидая наступления нового дня. Мне хотелось потрогать живот мамы, послушать о том, как процветает империя. Теперь я стольких радостей была лишена в жизни.

На рассвете я приготовила Кхондамиру завтрак. Он встал рано, поел без аппетита и поспешил к своему коню. Слуги пойдут пешком, а вот мне предоставили приличную лошадь. Одеяла и провизия были уложены в притороченные к седлам мешки, и мы тронулись в путь, пустив лошадей рысью. Кхондамир вооружился большим луком и мечом, мушкета при нем не было. На такой охоте редко использовались ружья, потому что они не позволяли мужчинам в полной мере продемонстрировать свое мастерство охотников – ведь убить животное выстрелом из ружья проще простого.

Путешествие вдоль реки не было отмечено происшествиями. Мой муж на ходу ел жареную утку и пил арак из бурдюка. Арак – крепкий напиток, его делают из сброженного риса, мелассы и пальмового сока. Однажды я попробовала его, и у меня было такое чувство, что я глотнула жидкий огонь. А Кхондамир пил арак с наслаждением. Иногда целый день или, по крайней мере, до тех пор, пока не надругается надо мной или пока не обделается и не свалится без чувств.

Всю дорогу мы ехали молча. Мой муж не обращал на меня внимания, и я тоже с ним не заговаривала. Однажды он все же повернулся ко мне и раздраженно проговорил:

— Мало-мальски достойная жена хотя бы справилась у мужа о его самочувствии.

— И как ты себя чувствуешь, мой господин, в такой чудесный день? – елейным голосом произнесла я.