Книга Под мраморным небом, страница 113 – Джон Шорс

— Только входи медленно, – посоветовал голос.

Обескураженная, я осторожно открыла дверь. К моему удивлению, Аурангзеб и его жена, молодая полная девушка из семьи высокопоставленного вельможи, находились в углу комнаты. В нескольких шагах от них лежала перевернутая корзина. Среди рассыпавшихся тюльпанов извивалась огромная кобра. Переднюю треть тела змея подняла вертикально, расширив шею в виде диска; изо рта кобры то и дело показывался язык.

Я сразу поняла, что произошло. Кто-то пытался убить Аурангзеба, прислав к нему в комнату смерть в корзине. Лицо моего брата тряслось, змея находилась всего лишь в шаге от него. Стоит Аурангзебу шевельнуться, и он погибнет, умрет мучительной смертью. Его плачущая жена, чьи слезы капали на пол, стояла чуть дальше от кобры.

Я застыла на месте, размышляя, как мне быть, да простит меня Аллах. Если просто уйти, хлопнув дверью, кобра непременно укусит Аурангзеба. И моим тревогам придет конец. Дара станет императором, а тем, кого я люблю, ничто не будет угрожать. И мусульмане с индусами будут жить в мире – как братья, а не как враги.

Я закрыла глаза, умоляя Аллаха подать мне какой-нибудь знак. Что делать? Спасти одного брата, чтобы он убил остальных? Позволить Аурангзебу, пусть даже он мой враг, умереть? Я застонала в отчаянии, не зная, как мне быть. А что, если индусы правы и карма существует? Позволив Аурангзебу умереть, позже я, вне сомнения, буду наказана. Но если я позволю ему жить, очень скоро пострадают все мои близкие. Проще было бы сейчас просто уйти, думала я. Разве сам он не навлекал на себя погибель, причинив зло стольким людям? Тот, кто желал его смерти, кто бы он ни был, просто помогает мне. Конечно, мне следует уйти.

Жена Аурангзеба всхлипнула, и кобра тут же зашипела. Эта чудовищная тварь была длинней моих рук, если бы я расставила их в стороны, и толще, чем моя лодыжка. Мой брат дрожал, и я с изумлением поняла, что при виде змеи его охватил ужас. Вот стоит мужчина, который не боится ни клинка, ни пушки, ни атаки боевых слонов. Не чета другим генералам, он сражается в первых рядах, уверенный, что его хранит Аллах. И где теперь его Аллах? Почему перед коброй Аурангзеб утратил в него веру?

Мой брат попытался что-то сказать мне, но с его трясущихся губ сорвался лишь сиплый звук. Жена Аурангзеба стала медленно отходить от него, кобра поднялась выше. Казалось, до женщины змее нет никакого дела – она не сводила глаз с Аурангзеба. Я знала, что мне нужно уйти, но не могла. Какой человек позволит погибнуть родному брату? Да, некогда Аурангзеб отвернулся от меня, но если я поступлю так же, чем я лучше него? Если сейчас брошу его в беде, разве когда-нибудь я смогу сказать Арджуманд, что прожила честную, благородную жизнь?

Я стала продвигаться к низкому столику, на котором лежал меч Аурангзеба. Кобра, должно быть, учуяла меня, но не повернулась в мою сторону. На трясущихся ногах я осторожно, мелкими шажками, двигалась по толстому ковру, опасаясь, что змея, возможно, чувствует дрожь моего тела. Я не сводила глаз с кобры, чтобы успеть вовремя среагировать, если она бросится на меня.

Комната была маленькая, и скоро я приблизилась к столику. Меч Аурангзеба был в ножнах. Медленно опустившись на колени, одной рукой я взялась за эфес, второй – за ножны и стала осторожно обнажать клинок. Оружие было обильно смазано маслом и скользило в ножнах, почти не производя шума. Почти все наши воины сражались мечами, которые нужно держать одной рукой, но этот меч был двуручный.