Книга Царская невеста, страница 15 – Виктория Воронина

Неспешный ветер мерно гнал волны Москвы-реки меж извилистых берегов, в водной глади сказочными видениями отражались златоверхие главы Кремля и царские терема. В летние жаркие дни умолк шум говора на улицах столицы и только на берегах возле деревянных пристаней виднелись люди – купцы, рыбаки и стрельцы, посланные на лодках по государственной надобности.

Маша загляделась на реку и не заметила, как к ней приблизился черноволосый молодец в синем кафтане царского стремянного. Зато он весьма дерзко всю ее рассмотрел и даже громко по-разбойничьи присвистнул, выражая таким образом свое мужское восхищение ее красой.

Девушка вздрогнула, быстро обернулась и уставилась на незнакомца, не понимая, каким способом этот бесстыдник сумел проникнуть в сад женской половины царского терема.

— Что, испугалась, Мария Никифоровна? – насмешливо проговорил молодой человек, по-прежнему буравя ее недобрым взглядом черных острых глаз. – А с моей сестрицей Лукерьей ты не в пример более бойкая была.

— Ты – брат Лукерьи Грязновой, стремянной Григорий! – догадалась Маша.

— Верно, - хохотнул Григорий, и обвиняющим тоном прибавил: – Так почто мою сестру привселюдно обидела, Маша, унизила, сказав, что не ее выберет великий государь? При этом ты наверняка сглазила ее, на смотринах Алексей Михайлович даже не посмотрел на нее! За такую обиду нашему семейству изволь ответ дать!!!

Маша, не желая продолжать столь опасный разговор, вместо ответа бросилась бежать в женский терем, надеясь, что при входе ее противника задержат вооруженные бердышами дворцовые стражи. Однако Григорий Грязнов быстро нагнал ее и притиснул к крепостной стене.

— Постой, постой, не торопись, красавица моя, - тяжело задышал он, снова окидывая ее с головы до пяток жарким взглядом. – Ладно, прощу тебя, коли согласишься моею стать и пойти со мною к венцу после государевой свадьбы.

— Не бывать этому, - твердо сказала Маша. – Не мил ты мне, Григорий Афанасьевич!

— Зато ты мне мила, и я буду не я, коли не сделаю тебя своей! – пригрозил Маше неожиданный поклонник.

От дальнейших поползновений Грязнова Машу спасла появившаяся боярыня Анна Хитрова, которая тут же начала бранить дерзкого стремянного и звать стражу на помощь. Девушка воспользовалась заминкой нахального молодца, вырвалась из его рук и бросилась бежать в отведенные ей покои, где никто из мужчин не смел беспокоить ее. Там она отдышалась и пришла в себя от неожиданного столкновения с старшим братом Лукерьи. И потом несколько дней просидела в тереме, не рискуя выходить наружу, несмотря на то, что по жалобе боярыни Хитровой Грязнова выслали в его родовое поместье за непозволительную дерзость при царском дворе обдумать свое поведение.

В те же дни Машу неожиданно начали привечать и звать в свои покои старшие царевны Ирина Михайловна и Анна Михайловна. Как девушка узнала впоследствии, такое указание дал им боярин Морозов, желая без сомнения ослабить положение при дворе Евфимии Всеволожской. Царевны, послушные воле царского воспитателя, были более любезны с Машей Плещеевой, чем с невестой своего брата Евфимией, угощали Машу сладостями и одаривали ее подарками. Маша, имея более открытый и общительный нрав, чем дочь боярина Всеволожского легко сблизилась с царскими сестрами за короткое время. Но об Евфимии она не забывала, и старалась навещать ее при возможности.